Московский государственный университет печати

Голуб И.Б.


         

Русский язык и культура речи

Учебное пособие


Голуб И.Б.
Русский язык и культура речи
Начало
Печатный оригинал
Об электронном издании
Оглавление

Предисловие

Сокращения имен

1.

Стилистическая система современного русского языка

1.1.

Стилистическое многообразие русского языка

1.1.1.

Понятие литературного языка

1.1.2.

Литературная норма

1.1.3.

Устная и письменная формы русского литературного языка

1.1.4.

Стилевое расслоение языковых средств

1.1.5.

Функциональные стили русского языка

1.1.6.

Стилистическая окраска слов

1.1.7.

Экспрессивные стили

1.2.

Использование языковых средств в функциональных стилях

1.2.1.

Разговорный стиль

1.2.2.

Книжные стили русского языка

1.2.2.1.

Общая характеристика

1.2.2.2.

Научный стиль

1.2.2.3.

Публицистический стиль

1.2.2.4.

Официально-деловой стиль

2.

Трудности русской орфографии и пунктуации

2.1.

Правописание

2.1.1.

Графика. Особенности употребления некоторых букв

2.1.1.1.

Употребление ь и ъ как разделительных знаков

2.1.1.2.

Употребление ь при обозначении на письме мягкости согласных

2.1.1.3.

Употребление ъ для обозначения грамматических форм

2.1.1.4.

Буквы е, ё, ю, я

2.1.1.5.

Буква э

2.1.1.6.

Слоговой принцип русской графики

2.1.2.

Орфография

2.1.2.1.

Принципы русской орфографии

2.1.2.2.

Правописание гласных

2.1.2.3.

Правописание согласных

2.1.2.4.

Правописание приставок

2.1.2.5.

Правописание сложных слов

2.1.2.6.

Правописание частей речи

2.2.

Пунктуация

2.2.1.

Знаки препинания

2.2.2.

Знаки препинания в простом предложении

2.2.2.1.

Тире между подлежащим и сказуемым

2.2.2.2.

Тире в неполном предложении

2.2.2.3.

Интонационное и соединительное тире

2.2.2.4.

Знаки препинания в предложениях с однородными членами

2.2.2.5.

Знаки препинания в предложениях с обособленными членами

2.2.2.6.

Знаки препинания в предложениях с уточняющими, пояснительными и присоединительными членами предложения

2.2.2.7.

Знаки препинания при словах, грамматически не связанных с членами предложения

2.2.2.8.

Знаки препинания в сложном предложении

2.2.2.9.

Знаки препинания при прямой речи

2.2.3.

Сочетания знаков препинания

3.

Основы красноречия

3.1.

Содержательность речи

3.1.1.

Понятие красноречия

3.1.2.

Информативность речи

3.1.3.

Многословие

3.1.4.

Длина предложения

3.2.

Точность, ясность речи

3.2.1.

Точность словоупотребления

3.2.2.

Стилистическая оценка диалектизмов, жаргонизмов

3.2.3.

Стилистическая оценка заимствованных слов

3.2.4.

Точность словоизменения и формообразования

3.2.5.

Ясность синтаксических конструкций

3.3.

Богатство речи

3.3.1.

Лексика

3.3.2.

Многообразие значений слова

3.3.3.

Омонимия

3.3.4.

Игра слов

3.3.5.

Лексическая синонимия

3.3.6.

Антонимия

3.3.7.

Паронимия

3.3.8.

Стилистические возможности словообразования

3.3.9.

Стилистическое использование частей речи

3.3.10.

Многообразие синтаксических конструкций

3.4.

Правильность речи

3.4.1.

Лексическая сочетаемость

3.4.2.

Правильное употребление фразеологизмов

3.4.3.

Грамматическая правильность речи

3.4.3.1.

Вариантные формы имени существительного

3.4.3.2.

Вариантные формы имени прилагательного

3.4.4.

Вариантные формы имени числительного

3.4.4.1.

Вариантные формы местоимения

3.4.4.2.

Вариантные формы глагола

3.4.4.3.

Порядок слов в предложении

3.4.4.4.

Варианты грамматической связи подлежащего и сказуемого

3.4.4.5.

Варианты согласования определений и приложений

3.4.4.6.

Варианты управления

3.4.4.7.

Правильное построение предложений

3.5.

Литературное произношение

3.5.1.

Что такое орфоэпия

3.5.2.

Стили произношения

3.5.3.

Произношение безударных гласных звуков

3.5.4.

Произношение согласных звуков

3.5.5.

Особенности произношения иностранных слов

3.5.6.

Как звучат имена и отчества

3.5.7.

Литературные ударения

3.6.

Логичность речи

3.6.1.

Логические ошибки в словоупотреблении

3.6.2.

Логические ошибки в синтаксических конструкциях

3.6.3.

Соблюдение законов логики

3.7.

Основы мастерства публичного выступления

3.7.1.

Оратор и его аудитория

3.7.2.

Композиция публичного выступления

3.7.3.

Приемы изложения и объяснения содержания речи

3.7.4.

Аргументация в ораторской речи

3.7.5.

Монолог и диалог в публичных выступлениях

3.7.6.

Контакт оратора с аудиторией

3.7.7.

Как готовиться к выступлению

Упражнения

Приложения

Указатели
84  именной указатель
271  предметный указатель

3.
Основы красноречия

3.1.
Содержательность речи

3.1.1.
Понятие красноречия

Слово Красноречиекрасноречие означает умение говорить и писать красиво, убедительно и увлекательно. Так этот термин объяснил Даль В.И.В.И. Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка». Современные словари указывают еще и другое значение слова: красноречие - это и «теория ораторского искусства». Действительно, чтобы научиться чему-то, и красноречию в частности, нужно изучать предмет, а для этого необходима теория.

Серьезная научная разработка проблем красноречия в России началась благодаря Ломоносов М.В.М.В. Ломоносову, написавшему «Краткое руководство к красноречию» (1744) и «Риторику» (1748). С тех пор было создано немало учебных пособий по этой дисциплине, занимавшей почетное место среди «изящных искусств». Проблемам красноречия посвящали свои сочинения философы, общественные деятели, ученые, адвокаты, но более всех об этом заботились писатели, которые в своем творчестве оттачивали русский язык и давали блестящие образцы художественной речи.

В основе красноречия лежит высокая культура речи, поэтому ее требования имеют первостепенное значение для ораторов и сочинителей, а также для всех, кто стремится говорить и писать правильно, красиво и убедительно.

Красноречие как учебную дисциплину дополняет учение о мастерстве публичного выступления (оратория), что важно для тех, кто стремится к совершенствованию культуры устной речи.

3.1.2.
Информативность речи

Важнейшее условие хорошей речи - богатство содержания. Важность темы, интерес к ней слушателей - вот главное, что позволяет говорящему привлечь внимание собеседников. Только актуальная и волнующая всех тема заставляет нас прислушиваться к выступлениям ораторов, читать свежие газеты, включать телевизор, радио. Однако не всегда то, что приходится при этом услышать, оправдывает наши ожидания. Содержание речей может и не соответствовать теме... А иногда выступающий говорит много, но речь его бессодержательна, пуста. Примеров бессодержательных речей можно привести множество, однако сошлемся на классический текст.

В драматической сценке «О вреде табака» писатель изображает «лектора», который развлекал слушателей бессмысленной болтовней:

Н ю х и н. ...Милостивые государыни и некоторым образом милостивые государи... Жене моей было предложено, чтобы я с благотворительной целью прочел здесь какую-нибудь популярную лекцию. Что ж? Лекцию так лекцию - мне решительно все равно. Я, конечно, не профессор и чужд ученых степеней, но тем не менее все-таки я вот уже тридцать лет, не переставая, можно даже сказать для вреда собственному здоровью и прочее, работаю над вопросами строго научного свойства, размышляю и даже пишу иногда, можете себе представить, ученые статьи, то есть не то чтобы ученые, а так, извините за выражение, вроде как бы ученые. Между прочим, на сих днях мною написана была громадная статья под заглавием «О вреде некоторых насекомых». Дочерям очень понравилось, особенно про клопов, я же прочитал и разорвал. Ведь всё равно, как ни пиши, а без персидского порошка не обойтись. У нас даже в рояле клопы... (Ч.)

Это пародия на лекцию, в которой выступающий никак не может обратиться к заданной теме. Сумбурность речи, противоречивость и абсурдность некоторых высказываний наглядно показывают полную беспомощность «оратора». Содержательной подобную «лекцию» назвать нельзя. Содержательность речиСодержательность означает глубокий внутренний смысл речи, богатство содержания. Это качество выдвигается в числе главнейших условий красноречия.

Содержательность речи находится в прямой зависимости от ее Информативная насыщенность речиинформативной насыщенности. Не все то, что приходится говорить и слышать, содержит в себе ценную информацию. Очень часто выступающие вставляют в предложения ненужные вводные слова и конструкции: так сказать, как бы, вроде бы, некоторым образом, прошу прощения и т.п. Засоряя речь, они к тому же нередко привносят комический смысл в высказывание (родилась, некоторым образом, четвертая дочь; извините за выражение, вроде как бы ученые). Лишними часто оказываются местоимения и близкие к ним слова: Выборы - они показали... А этот - как его - вернулся; Хочу сказать следующее; Моя дочь уже как бы выросла; Он вроде сказал, что все это как бы не имеет значения.

Портят речь и неуместно употребляемые наречия, частицы здесь, совсем, в общем и целом, вообще и т.п. Например: Он в общем и целом с работой справился; Здесь мы рассмотрели законы управления... Прибор совсем готов к применению; служебные слова, междометия вот, также, ну: Ну, я точно не могу сказать; Я должен вот сказать вам.

Употребление этих «слов-паразитов» несовместимо с культурой речи.

Чем важнее содержание речи, чем злободневнее ее тема, тем ярче должно быть выступление оратора, тем больший отклик найдут его слова в сердцах слушателей.

Обязательным условием красноречия выступающего является его профессионализм, знание предмета. В цитированной сценке «О вреде табака» «лекцию» читает человек, не имеющий никакого отношения к предложенной теме (он «состоит заведующим хозяйственной частью»), так что неудивительна его несостоятельность как лектора.

3.1.3.
Многословие

С понятием «содержательная речь» несовместимо многословие. Порой очень важно кратко и оперативно преподнести ту или иную информацию. Можно смело утверждать, что многословие - недостаток речи независимо от стиля и жанра.

МногословиеМногословие, или Речевая избыточностьречевая избыточность, может проявиться в употреблении лишних слов даже в короткой фразе. Например: В прошедшие дни прошли снегопады и выпало много снега; Зачем ты вернулся обратно? Лишние слова в устной и письменной речи свидетельствуют не только о стилистической небрежности, они указывают на нечеткость, неопределенность представлений автора о предмете речи.

Французский ученый, философ и писатель Б. Паскаль заметил: «Я пишу длинно, потому что у меня нет времени написать коротко». Действительно, краткость и ясность формулировок достигаются в результате напряженной работы со словом. Трудно найти самые точные слова и расставить их так, чтобы они сказали о многом. «Краткость - сестра таланта», - утверждал А.П. Чехов. Все это следует помнить тому, кто хочет совершенствовать свой слог.

Многословие часто граничит с пустословием. Так, спортивный комментатор сообщает: Спортсмены прибыли на международные соревнования для того, чтобы принять участие в соревнованиях, в которых будут участвовать не только наши, но и зарубежные спортсмены.

Многословие может принимать форму Плеоназмплеоназма (от греч. pleonasmos - излишество), т.е. употребления близких по смыслу и потому лишних слов (упал вниз, главная суть, повседневная обыденность, бесполезно пропадает и т.п.). Часто плеоназмы появляются при соединении синонимов: мужественный и смелый, только лишь, в конечном итоге.

Плеоназмы обычно возникают вследствие стилистической небрежности автора. Например: Местные работники леса не ограничиваются только охраной тайги, но и не допускают также, чтобы напрасно пропадали богатейшие дары природы. Выделенные слова без ущерба можно исключить.

Разновидностью плеоназма является Тавтологиятавтология (от греч. tauto - то же самое и logos - слово) - повторное обозначение другими словами уже названного понятия (умножить во много раз, возобновить вновь, необычный феномен, движущий лейтмотив). Явная тавтология возникает при повторении однокоренных слов: Можно спросить вопрос? Скрытая тавтология возникает при соединении иноязычного и русского слов, дублирующих друг друга (памятные сувениры, впервые дебютировал).

Столкновение однокоренных слов, создающее тавтологию, крайне нежелательно: Автор пытается доказать свою правоту бездоказательными доказательствами.

Однако употребление однокоренных слов в одном словосочетании, предложении бывает оправдано в том случае, если они являются единственными носителями соответствующих значений. Не избежать повторения однокоренных слов, когда надо сказать: Мать варит варенье; Накрой ведро крышкой; Постели постель.

В языке немало тавтологических сочетаний, употребление которых неизбежно: словарь иностранных слов, следственные органы расследовали и т.п.

Скрытая тавтологияСкрытая тавтология обычно свидетельствует о том, что говорящий не понимает точного смысла заимствованного слова. Так появляются сочетания: юный вундеркинд, мизерные мелочи, внутренний интерьер и т.п.

Тавтологические сочетания иногда переходят в разряд допустимых и закрепляются в речи, что связано с изменением значений слов: монументальный памятник, реальная действительность, экспонаты выставки, букинистическая книга и др.

Тавтология и плеоназм могут быть стилистическими приемами, усиливающими эмоциональность речи. Так, используются тавтологические сочетания: сослужить службу, всякая всячина, горе горькое, есть поедом, видать виды, ходить ходуном; плеоназмы: грусть-тоска, путь-дороженька, сохраняющие народно-поэтическую окраску. В художественной речи встречаются сочетания с тавтологическим эпитетом (И новь не старою была, а новой новью и победной. - Слуц.), с тавтологическим творительным падежом (И вдруг белым-бела березка в угрюмом ельнике одна. - Сол.).

Тавтологический повтор может придавать высказыванию особую значительность, афористичность: Победителю ученику от побежденного учителя (Жук.). Как источник выразительности речи тавтология особенно действенна, если однокоренные слова сопоставляются как синонимы (Точно они не виделись два года, поцелуй их был долгий, длительный. - Ч.); антонимы (Когда мы научились быть чужими? Когда мы разучились говорить? - Ев.); паронимы («О гордости и гордыне»).

Писатели используют тавтологию и как средство создания комизма. Этим приемом блестяще владели Гоголь Н.В.Гоголь, Салтыков-Щедрин М.Е.Салтыков-Щедрин (Позвольте вам этого не позволить; Писатель пописывает, а читатель почитывает).

Ущерб информативной насыщенности речи наносит и повторение слов. Лексический повторЛексические повторы нередко сочетаются с тавтологией, плеоназмами и обычно свидетельствуют о неумении автора четко и лаконично сформулировать мысль. Например: Общежитие - дом, в котором студенты живут пять долгих лет своей студенческой жизни; какой будет эта жизнь - зависит от самих жителей общежития. Но в иных случаях лексические повторы помогают выделить важное в тексте понятие (Век живи, век учись; За добро добром платят).

3.1.4.
Длина предложения

Важным условием информативной насыщенности является Сжатость речисжатость речи. Разговор о сжатой и пространной речи неизменно сводится к сопоставлению различных синтаксических конструкций. Ведь одну и ту же мысль можно уложить и в короткое простое предложение, и в развернутое, сложное. Что предпочесть - простые конструкции или сложные со множеством придаточных предложений?

Ответ на этот вопрос не может быть однозначным. Если бы во всех случаях лучшим способом выражения мысли были короткие простые предложения, язык бы уже давно освободился от больших, громоздких фраз: их избегали бы художники слова. У Чехов А.П.Чехова мы не нашли бы ни одного сложноподчиненного предложения. Но это не так.

Выбор той или иной синтаксической конструкции зависит прежде всего от формы речи (устной или письменной), от конкретных стилистических задач, которые ставит перед собой говорящий или пишущий, наконец, от его индивидуального слога.

Употребление сложных предложений - отличительная черта книжных стилей. В разговорной речи, в особенности в ее устной форме, мы используем в основном простые предложения, причем очень часто - неполные (отсутствие тех или иных слов восполняется мимикой, жестами); реже - сложные, преимущественно бессоюзные.

При письменном отражении Речь разговорнаяразговорной речи в художественных текстах, и прежде всего в пьесах, наиболее широко используются бессоюзные сложные предложения. Например, в пьесе Чехова «Вишневый сад»: Варя. Я так думаю, ничего у нас не выйдет. У него дела много, ему не до меня... и внимания не обращает. Бог с ним совсем, тяжело мне его видеть... Все говорят о нашей свадьбе, все поздравляют, а на самом деле ничего нет, все как сон.

В сценической речи богатство интонаций восполняет отсутствие союзов. Проведем простой эксперимент. Попробуем части сложных бессоюзных предложений соединить союзами: Думаю, что ничего у нас не выйдет. У него дела много, так что ему не до меня, поэтому и внимания не обращает... Все говорят о нашей свадьбе, поэтому все поздравляют, хотя на самом деле ничего нет.

В результате такой трансформации речь утратила живые интонации.

Такие конструкции кажутся неестественными в обстановке непринужденной беседы, ее характер живее передают бессоюзные предложения. К ним близки и сложносочиненные (в цитированном отрывке употреблено лишь одно - с противительным союзом а).

Чехов писал: «Есть лишние слова, не идущие к пьесе, например: «Ведь ты знаешь, что курить здесь нельзя». В пьесах надо осторожнее с этим что».

В книжной речи широко используются сложные синтаксические конструкции с различными видами сочинительной и подчинительной связи. Но многочленное предложение может оказаться тяжеловесным, и это затруднит восприятие текста, сделает его стилистически громоздким. Однако было бы глубоким заблуждением считать, что всегда предпочтительнее короткие, «легкие» фразы. Горький писал одному из начинающих авторов: «Надо отучиться от короткой фразы, она уместна только в моменты наиболее напряженного действия, быстрой смены жестов, настроения». Речь распространенная, «плавная» дает «читателю ясное представление о происходящем, о постепенности и неизбежности изображаемого процесса».

У самого Горького можно найти немало примеров искусного построения сложных синтаксических конструкций, в которых дается исчерпывающее описание картин окружающей жизни и состояния героев.

Мастером короткой фразы был Чехов, стиль которого отличает блистательная краткость. Давая указания и советы писателям-современникам, Чехов рекомендовал по возможности упрощать сложные синтаксические конструкции. В то же время нелепо было бы утверждать, что сам Чехов избегал сложных конструкций. В его рассказах можно почерпнуть немало примеров умелого их применения. Например:

А на педагогических советах он просто угнетал нас своею осторожностью, мнительностью и своими чисто футлярными соображениями насчет того, что вот-де в мужской и женской гимназиях молодежь ведет себя дурно, очень шумит в классах, - ах, как бы не дошло до начальства, ах, как бы чего не вышло, - и что если б из второго класса исключить Петрова, а из четвертого - Егорова, то было бы очень хорошо.

Мастером стилистического использования больших сложных предложений был Лев Толстой. Простые, и в особенности короткие, предложения в его творчестве редкость.

Показательно, что в поздний период творчества Л.Н. Толстой выдвигает требование краткости. Уже с 90-х годов он настойчиво советует внимательно изучать прозу А.С. Пушкина, особенно «Повести Белкина». «От сокращения изложение всегда выигрывает», - говорит он Н.Н. Гусеву. Тот же собеседник записывает интересное высказывание Толстого: «Короткие мысли тем хороши, что они заставляют думать. Мне этим некоторые мои длинные не нравятся, слишком в них все изжевано»Гусев Н.Н. Два года с Л.Н. Толстым. - М. 1912. - С. 130, 271..

Таким образом, в художественной речи стилистическое использование простых и сложных синтаксических конструкций обусловлено особенностями индивидуально-авторской манеры письма, хотя «идеальный» стиль представляется немногословным и «легким»; он не должен быть перегружен тяжеловесными предложениями.

3.2.
Точность, ясность речи

3.2.1.
Точность словоупотребления

Точность и ясность речи взаимосвязанны. Однако о точности высказывания должен заботиться говорящий (пишущий), а ясность оценивает слушатель (читатель).

Мы облекаем свои мысли в слова. Чтобы речь была точной, слова следует употреблять в полном соответствии с теми значениями, которые за ними закреплены в языке. Толстой Л.Н.Л.Н. Толстой шутя заметил: «Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребит слово, значения которого он не может объяснить, лишается права писать и получает 100 ударов розог »Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений: В 90 т. - М., 1963. - Т. 62. - C. 438..

Поиск единственно необходимого в тексте слова требует от писателя напряжения творческих сил и неустанного труда. Этот труд порой отражен в рукописях, позволяющих нам ознакомиться с лексическими заменами, которые сделал автор, шлифуя стиль произведения. Например, в черновике повести Пушкин А.С.А.С. Пушкина «Дубровский» находим такую правку: Члены (суда) встретили его (Троекурова) с изъявлениями [глубокого уважения, глубокой преданности] глубокого подобострастия - последнее слово наиболее выразительно охарактеризовало поведение подкупленных Троекуровым чиновников, и писатель оставил его в тексте.

Поиск нужного слова отражается в авторедактировании (когда сам пишущий исправляет себя). Приведем примеры редактирования Гоголь Н.В.Н.В. Гоголем повести «Тарас Бульба».

Первоначальный вариант Опубликованный текст
1. Поднявшийся ветерок давал знать, что уже немного оставалось времени
до рассвета.
1. Сорвавшийся ветерок давал знать, что уже немного оставалось времени до рассвета
2. Зашумели запорожцы и разом почувствовали свои силы. 2. Зашумели запорожцы и разом почуяли свои силы.
3. ...Посмеялись над православною верою. 3. ...Поглумились над православною верою

Стилистическая правка писателей в рукописи отражает последний этап работы над текстом, а какой труд предшествовал этому, сколько черновиков было написано и потом уничтожено, сколько раз автор произносил «про себя» ту или иную фразу, прежде чем записать ее на бумаге, - об этом можно только догадываться.

Небрежное отношение к выбору слов в нашей повседневной речи становится причиной досадных лексических ошибок, например: Пришла весна, у куниц скоро появится наследство (имеется в виду потомство); Я решил стать офицером, потому что хочу продолжить семейную династию (вместо: традицию).

В таких случаях говорят об Использование слова без учета семантикииспользовании слова без учета его семантики (то есть значения). Подобные речевые ошибки становятся причиной нелогичности и даже абсурдности речи: И стоят наши дальневосточные березки в своем подвенечном саване (автор перепутал саван и фату). Такие «обмолвки» объясняются ложными ассоциациями (это ассоциативные ошибки).

Неясность высказывания может возникнуть при употреблении многозначных слов и омонимов, если контекст проявит непредусмотренное автором значение. Например: Рост юных фигуристок стимулируется при помощи показательных выступлений. Лучше было бы сказать: Участвуя в показательных выступлениях, юные фигуристки совершенствуют свое мастерство. Спортивный комментатор не учел возможного искажения смысла и такой фразы: Вы видите на экране Гаврилова в красивой комбинации.

Неточность словоупотребления объясняется невнимательностью или низкой речевой культурой автора. Но иногда сознательно не хотят употреблять то или иное слово, чтобы завуалировать отрицательный смысл высказывания. Говорят фантазирует вместо врет, принимал подарки вместо брал взятки и т.д. Вспомним эпизод из рассказа А.И. Куприна «Дознание»:

- Спроси его, взял он у Есипаки голенища?

Подпоручик опять убедился в своей неопытности и малодушии, потому что из какого-то стыдливого и деликатного чувства не мог выговорить настоящее слово украл.

Слова и выражения, смягчающие грубый смысл речи, называются Эвфемизмэвфемизмами (от гр. eu - хорошо, phemi - говорю). Эвфемистичность речи нередко объясняется стремлением автора притупить критическую остроту высказывания при описании негативных явлений.

Неправильный выбор слова может стать причиной Анахронизманахронизма - нарушения хронологической точности при употреблении слов, связанных с определенной исторической эпохой. Например: В древнем Риме недовольные законами плебеи устраивали митинги (слово митинг появилось значительно позднее, причем в Англии).

3.2.2.
Стилистическая оценка диалектизмов, жаргонизмов

Наша речь подвержена разнообразным влияниям, в частности оскудению, засорению. Портят нашу речь различные «сорняки». Это могут быть диалектные слова, жаргонизмы и вульгаризмы, неоправданные заимствования. Все они требуют объективной стилистической оценки как в книжных текстах, так и в разговорной речи.

Русский язык богат народными говорами: житель северных мест может произнести такую фразу, которую не поймут в Воронеже или Орле. И только московский говор, который лежит в основе русского литературного языка, будет понятен всем русским людям. Один писатель, чтобы показать своеобразие местных русских говоров, написал «элегию» на вятском наречии, содержание которой нужно «переводить» на русский язык, потому что в ней оказалось много непонятных Диалектизмыдиалектизмов (так называют слова, используемые в местных говорах, то есть Диалектдиалектах). Приведем отрывок из «Вятской элегии» и ее литературное переложение:

Все бахорили, что я детина окичной, важной. Где я, там всегда бывало сугатно. Где я, там всегда многолюдно. А теперь? Уж я не вертечой, как потка! ... О когда, когда закрою шары свои и на
меня посадят варежник!
Все говорили, что я детина опрятный, молодец. А теперь? Уже я не резвлюсь, как птичка! ... О когда, закрою глаза свои и меня посыплют можжевельником!

Кто бы мог подумать, что такие знакомые слова, как шары, посадить, в вятском говоре имеют совсем иное значение? А сколько диалектизмов совсем неведомых, странных! Ни в одном словаре их не найти. Не случайно сам автор «элегии» сделал ее перевод для тех, кто заинтересуется вятским наречием. Писать и говорить надо на правильном литературном языке, а не на диалектах, и это не вызывает ни у кого сомнения.

Жаргонная лексика обозначает понятия, которые в общенародном языке уже имеют наименования. ЖаргонЖаргон - разновидность разговорной речи, используемая определенным кругом носителей языка, объединенных общностью интересов, занятий, положением в обществе. В современном русском языке выделяют молодежный жаргон, или Сленгсленг (от англ. slang - слова и выражения, употребляемые людьми определенных профессий или возрастных групп). Из сленга в разговорную речь пришло множество слов и выражений: шпаргалка, зубрить, хвост (академическая задолженность), плавать (плохо отвечать на экзамене), удочка (удовлетворительная оценка) и т.п.

Появление многих Жаргонизмыжаргонизмов связано со стремлением молодежи ярче, эмоциональнее выразить свое отношение к предмету, явлению. Отсюда такие оценочные слова: потрясно, обалденный, клёвый, ржать, балдеть, кайф, ишачить, пахать, загорать и т.п. Все они распространены только в устной речи и нередко отсутствуют в словарях.

Какова же оценка жаргонизмов? Конечно, тот, кто учился русскому языку у Пушкин А.С.А.С. Пушкина, Лермонтов М.Ю.М.Ю. Лермонтова, Толстой Л.Н.Л.Н. Толстого, не станет восхищаться жаргоном. К тому же жаргонизмы непонятны людям непосвященным, а это создает почву для недоразумений. Однако в устной речи молодежи жаргонизмы неистребимы, они придают ей живость, порой - ироническую окраску. Но сфера их использования узка: это устная речь, причем стилистически сниженная, нелитературная.

3.2.3.
Стилистическая оценка заимствованных слов

Часто можно услышать, что иностранные слова «засоряют» русский язык и поэтому с ними нужно «бороться». Действительно, в разговорной речи мы нередко употребляем «модные» иностранные словечки не к месту. Язык рекламыЯзык рекламы наводнен американизмами, в журналах и газетах множество Неоправданное заимствованиенеоправданных заимствований.

Русский язык всегда был открыт для пополнения лексики из иноязычных источников. Слова заимствованныеЗаимствования из древних языков (греческого, латинского), тюркизмы, галлицизмы, слова голландского, немецкого, английского происхождения, полонизмы, украинизмы и другие осваивались русским языком в разные исторические эпохи, не нанося ущерба его национальной самобытности, а лишь обогащая его и расширяя его пределы. Однако слишком большой приток иноязычных слов в наш язык в определенные периоды вызывал тревогу у деятелей русской культуры.

В конце 80-х - 90-е годы особенно сильно увеличился приток иностранных слов в русский язык в связи с изменениями в сфере политической жизни, экономики, культуры, идеологии.

Небывалую экспансию иноязычной лексики мы наблюдаем во всех областях. Она заняла ведущие позиции в политической жизни страны, привыкающей к новым понятиям: президент, парламент, инаугурация, спикер, импичмент, электорат, департамент, муниципалитет, легитимный, консенсус и т.п.; иноязычные термины стали господствующими в самых передовых отраслях науки и техники: компьютер, дисплей, файл, драйвер, модем, мониторинг, плейер, пейджер, факс, а также в финансово-коммерческой деятельности: аудитор, бартер, брокер, бизнес, дилер, инвестиция, конверсия, спонсор, траст, холдинг и т.п. В культурную сферу вторгаются слова: бестселлеры, вестерны, триллеры, хиты, шоумены, дайджесты и т.п. Бытовая речь живо принимает новые реалии с их нерусскими названиями - сникерс, твикс, гамбургер, чизбургер, спрайт, кока, маркетинг, супермаркет, шоппинг и др. Даже просторечие и жаргоны пополняют свой лексический запас американизмами, чаще всего искаженными, изуродованными - герла, шопник, фейс, шузы, баксы, грины, тин (сокращенное тинэйджер). Погоня за новым, «красивым», звучным, а иногда и непонятным для непосвященных названием приводит к тому, что крестьянин-единоличник хочет быть только фермером, бандит-вымогатель называется не иначе, как рэкетир (можно еще звучнее - рэкетмен), а убийца - киллер.

Словари иностранных слов не успевают освоить новые заимствования, поэтому читатель, не владеющий английским, нередко оказывается беспомощным, встречая непонятные слова в газетах, журналах, изобилующих иноязычными терминами: эксклюзивный (исключительный), пресс-релиз (специальный бюллетень для работников средств массовой информации, выпускаемый правительственным учреждением), консенсус (лат. согласие).

Наблюдая все печальные последствия «тотальной американизации» нашего языка, трудно сохранять объективность в развернувшейся полемике о целесообразности иноязычных заимствований в современном русском языке. И все же раздаются голоса в защиту нерусских слов, закрепляющихся в общении.

В нашу жизнь в последние годы входят новые явления, а с ними новые слова. Подобные процессы обогащения лексики за счет заимствований происходят во всех современных языках. В наше время поток новых идей, вещей, информации, технологий требует быстрого называния предметов и явлений, заставляет вовлекать в язык уже имеющиеся иностранные названия, а не ожидать создания самобытных слов на русской почве. Научно-техническая, военная, финансовая, банковская, спортивная лексика во всем мире стремятся к интернационализации. Тяга к научно-техническому прогрессу, к цивилизации находит отражение в языке. Отчасти происходит выравнивание словаря русского языка по международному стандарту. Насколько это изменит облик русского языка, обогатит его или «испортит», покажет время.

И все же не следует увлекаться иностранными словами, ведь многие новые заимствования непонятны, поэтому надо говорить проще, на чистом русском языке.

3.2.4.
Точность словоизменения и формообразования

Точность и ясность речи иногда требует от нас четкости в употреблении форм рода, падежа имен существительных. Попробуйте догадаться, кто - мужчина или женщина - говорит о себе: «Сирота я, сирота несчастная!» Всякий подумает: конечно женщина! Действительно, для современной речи стало нормой согласование по смыслу с существительными общего рода (они в равной мере применимы к мужчинам и женщинам - неряха, сладкоежка, кокетка, умница). Но у писателей прошлого можно встретить иное согласование: Приезжай, милый дедушка, пожалей ты меня, сироту несчастную (Ч., «Ванька»).

Теперь мы говорим: Он ужасный сладкоежка; Этот мальчик такой неряха...

Однако бывают случаи, когда неправильное употребление форм прилагательных, согласуемых с существительными общего рода, вносит неясность. Например: Он стоял пораженный, но скоро проникся состраданием к лежавшему перед ним малютке. Но девушка взяла на руки ребенка и, назвав малышку премиленьким, унесла. О мальчике или девочке идет речь?

Уточнить значение некоторых существительных могут падежные окончания. Так, в форме именительного падежа множественного числа хлеба означают злаки на корню, а хлебы - выпеченные из муки изделия. Поэтому нельзя признать верной такую фразу: Хозяйка вынимала из печи хлеба. Не следует путать окончания в таких существительных: мехи (кузнечные) - меха (выделанные шкуры); образы (литературно-художественные) - образа (иконы); ордены (рыцарские и монашеские общества) - ордена (знаки отличия); поясы (географические) - пояса (части одежды); пропуски (недосмотры) - пропуска (документы); соболи (животные) - соболя (меха); тормозы (препятствия) - тормоза (приборы); цветы (растения) - цвета (окраска); юнкеры (до 1945 г. в Германии так называли крупных землевладельцев) - юнкера (курсанты в военных училищах царской России).

Не следует забывать и о смысловых отличиях некоторых грамматических форм имен прилагательных.

Часто полная форма прилагательных указывает на постоянный признак предмета, а краткая - на временный. Ср.: он больной - он болен, она такая добрая - будьте добры, движения его спокойные - лицо его спокойно.

В других случаях полная форма прилагательных обозначает абсолютный признак, не связанный с конкретной обстановкой, а краткая - относительный признак применительно к определенной ситуации: потолок низкий (признак вообще) - потолок низок (для высокой мебели). Ср. также: ботинки малы, сапоги велики, проход узок.

Особую точность следует соблюдать при употреблении местоимений. Их способность замещать предшествующие слова может стать причиной неясности высказывания. Например, как понять фразу о любви к животным? - Саша знал, что, если после трехдневного содержания собак в специальном месте за ними не явятся владельцы они будут уничтожены (владельцы или собаки?). Еще пример: Незнакомец попросил Сашу отвести собаку к себе (к Саше или к незнакомцу?). Подобное употребление местоимений нередко порождает двусмысленность и неуместный комизм: Педагогов волнует свободное время подростка и как его убить...

Недопустимо употребление местоимений при отсутствии в предшествующем тексте существительных, которые замещаются: Этот герой не сходил со сцены на экранах телевизоров четырнадцать вечеров, а затем отснятых по ним восемнадцати фильмов сериала.

Грубой ошибкой является неправильный выбор грамматической формы местоимения: Выросло поколение, для которых война - история (следовало: для которого, то есть поколения).

При употреблении глагола может возникнуть неясность из-за возможности двоякого толкования форм на -ся, например: Сюда собираются дети, заблудившиеся на улицах (сами собираются или их собирают?). Неразличение субъектно-объектных отношений в таких случаях может создать неуместный комизм высказывания: Птенцы выкармливаются насекомыми; В помощь охотнику в сани впрягается собака.

3.2.5.
Ясность синтаксических конструкций

Точность и ясность речи обусловлены правильностью грамматических конструкций, построением словосочетаний и предложений.

Возможность по-разному объединить слова в словосочетания порождает Двусмысленностьдвусмысленность: Учителю приходилось многое объяснять (объяснял учитель или ему самому кто-то объяснял?).

Причиной неясности высказывания может стать неправильный порядок слов в предложении: 1. Просторные лоджии обрамляют экраны из армированного стекла. 2. Семь действующих платформ обслуживают несколько сот человек. В подобных предложениях подлежащее не отличается по форме от прямого дополнения и поэтому неясно, что (или кто) является субъектом действия. Пример подобной путаницы - Солнце закрыло облако.

Конечно, такие предложения можно выправить, если они употреблены в письменной речи; достаточно изменить порядок слов: 1. Экраны из армированного стекла обрамляют просторные лоджии. 2. Несколько сот человек обслуживают семь действующих платформ. И конечно же: Облако закрыло солнце. Но если вы услышите фразу с неверным порядком слов, то, возможно, и неправильно ее истолкуете. На этом и построена шутка Чехов А.П.А.П. Чехова: Желаю вам всевозможных бед, печалей и напастей избежать.

Смысловая неясность возникает иногда и в сочетаниях типа письмо матери (написанное ею или адресованное ей), критика Белинского, портреты Репина и т.п.

Двусмысленность может возникнуть и в сложноподчиненных предложениях с придаточными определительными типа: Иллюстрации к рассказам, которые были присланы на конкурс, исполнены мастерски (на конкурс были присланы иллюстрации или рассказы?). В этих случаях придаточные предложения рекомендуется заменять причастными оборотами: Присланные к рассказам иллюстрации. Или: Иллюстрации к присланным рассказам.

3.3.
Богатство речи

3.3.1.
Лексика

В отзывах о стиле хороших писателей можно услышать: «Какой богатый язык!» А о плохом писателе или ораторе говорят: «У него язык такой бедный...» Что же это значит? Чем отличается богатая речь от бедной?

Самый первый критерий богатства и бедности речи - это количество слов, которые мы используем. У Пушкин А.С.Пушкина, например, в обращении было более 20 тысяч слов, а известная героиня Ильф И.Ильфа и Петров Е.Петрова Эллочка Щукина «легко и свободно обходилась тридцатью». Так что активный словарный запас человека может оказываться в полном несоответствии с лексическим богатством русского языка.

Русский язык насчитывает огромное количество слов. В одном из самых интересных русских словарей - «Толковом словаре живого великорусского языка», составленном еще в середине прошлого века Даль В.И.В.И. Далем, собрано 250 тысяч слов. А сколько еще слов пришло в наш язык после того времени!

Но о богатстве языка судят не только по количеству слов. Важно еще и то, что многие из них имеют не одно, а несколько значений, то есть многозначны. Например, слово дом. В каких значениях оно употребляется Пушкиным? - Господский дом уединённый, горой от ветров огражденный, стоял над речкою (дом - здание, строение); Страшно выйти мне из дому (дом - жилище, где кто-нибудь живет); Всем домом правила одна Параша (дом - домашнее хозяйство); Три дома на вечер зовут (дом - семья); Дом был в движении (дом - люди, живущие вместе). Как видим, разные значения слова расширяют границы его использования в речи. Таким образом, мы сами можем приумножать богатства родного языка, если научимся открывать в словах их новые и новые значения.

3.3.2.
Многообразие значений слова

Молодая была уже не молода, - заметили Ильф И.Ильф и Петров Е.Петров о невесте Остапа Бендера, и, соглашаясь с ними, мы все же удивляемся противоречивости этого утверждения. Если же проанализировать его с лингвистических позиций, то легко определить, что слово молодая употреблено здесь в разных значениях: 1) только что вступившая в брак и 2) юная, не достигшая зрелого возраста. Столкновение разных значений слова в этом высказывании порождает комизм.

МногозначностьМногозначность, или Полисемияполисемия (от греч. poly - много и sēma - знак), - способность слова употребляться в разных значениях. У некоторых слов таких значений может быть два-три, а у иных - до десяти. Обычно даже самый узкий контекст (словосочетание) проясняет смысловые оттенки многозначных слов: тихий голос, тихий нрав, тихая езда, тихая погода, тихое дыхание и т.д.

Разные значения слов приводятся в толковых словарях: первым указывается основное (его еще называют прямым, первичным, главным), а потом - производные от него (неосновные, переносные, вторичные). Слово, взятое изолированно, всегда воспринимается в своем основном значении.

Развитие в слове переносных значений, как правило, связано с уподоблением одного явления другому. Закрепившиеся в языке переносные значения слов нередко утрачивают образность (усики винограда, бой часов), но могут и сохранить метафорический характер (вихрь событий, лететь навстречу, светлый ум, железная воля).

Многозначность лексики - неисчерпаемый источник ее обновления, необычного, неожиданного переосмысления слова. Под пером художника в каждом слове, как писал Гоголь Н.В.Гоголь, обнаруживается «бездна пространства, каждое слово необъятно». А если принять во внимание, что многозначные слова составляют около 80% словарного состава русского языка, то без преувеличения можно сказать, что способность слов к многозначности порождает всю созидательную энергию языка.

3.3.3.
Омонимия

С многозначностью слов не следует смешивать Омонимияомонимию (от греч. homoc - одинаковый и onyma - имя), то есть совпадение в звучании и написании совершенно различных по значению слов. Например: брак в значении супружество и брак - испорченная продукция. Первое слово образовано от древнерусского глагола брати с помощью суффикса - к (ср.: брать замуж); омонимичное ему существительное брак заимствовано в конце XVII века из немецкого языка (нем. brack - недостаток, восходит к глаголу brechen - ломать). Правда, бывают случаи, когда омонимия развивается из многозначности, но и тогда расхождение в значениях достигает такого предела, что возникшие в результате этого слова утрачивают какое бы то ни было смысловое сходство и выступают уже как самостоятельные лексические единицы. Например, у Грибоедов А.С.А. Грибоедова свет в значении «восход солнца, рассвет»: Чуть свет - уж на ногах, и я у ваших ног; и свет в значении «земля, мир, вселенная»: Хотел объехать целый свет и не объехал сотой доли.

Слова, не связанные по значению, но совпавшие в звучащей или письменной речи, довольно разнообразны. Среди них выделяются слова, относящиеся к разным частям речи и совпадающие только в одной форме (Омоформыомоформы):

Снег сказал:

- Когда я стаю,

Станет речка голубей.

Потечет, качая стаю

Отраженных голубей.

(Козл.)

Возможно совпадение слова и двух (трех) слов:

Вы, щенки! За мной ступайте!

Будет вам по калачу,

Да смотрите ж, не болтайте,

А не то поколочу!

(П.)

Здесь совпали в звучании два слова (по калачу) и одно (поколочу), хотя в написании их нет совпадения. Это Омофоныомофоны (от греч. homoc - одинаковый и phone - звук). Омофония возникает при совпадении в речи не только отдельных слов, но и частей слов.

Омофоны надо правильно писать, не путая безударных гласных: Он у нас часок посидел; Он совсем поседел от горя; Мать свела ребенка в школу; Ласточка свила гнездо под окном.

Представление о графическом образе слова устраняет омофонию. Однако в письменной речи может появиться неясность при омографии. ОмографыОмографы (от греч. homoc - одинаковый и grapho - пишу) - это слова, звучащие по-разному, но совпадающие на письме. Омографы обычно имеют ударения на разных слогах, и это меняет звучание слов, которые пишутся одинаково: замок - замок, кружки - кружки, сорок - сорок, стрелки - стрелки, засыпали - засыпали, попадали -попадали и др. Обычно ударение на письме не обозначают, поэтому омографы могут стать причиной неверного понимания текста. Например, как прочитать предложение: Стрелки остановились? Ведь первое слово может означать, и стрелков и часовые стрелки.

3.3.4.
Игра слов

В непринужденной беседе остроумные люди любят прибегать к словесной игре, она очень оживляет речь. Помните диалог Чацкого и Софьи в «Горе от ума» Грибоедов А.С.Грибоедова? Чацкий: ...Но Скалозуб? Вот загляденье: за армию стоит горой и прямизною стана, лицом и голосом герой... Софья: Не моего романа.

Подразумеваемое в реплике Софьи слово герой может быть осмыслено сразу в двух значениях: 1) выдающийся своей храбростью, доблестью, самоотверженностью человек, совершающий подвиг; 2) главное действующее лицо литературного произведения. В игру слов вовлекается и слово роман, означающее «большое повествовательное художественное произведение со сложным сюжетом». У этого слова есть омоним, означающий «любовные отношения между мужчиной и женщиной». Оба значения совмещаются в слове роман в ответе Софьи.

Такое обыгрывание значения слова называется Каламбуркаламбуром.

Каламбуры ценили во все времена. Известны каламбуры Пушкина: Взять жену без состояния, я в состоянии, но входить в долги из-за ее тряпок я не в состоянии.

Часто и современные писатели-юмористы в своих шутках употребляют Слова многозначныемногозначные слова сразу и в прямом, и в переносном значениях: Радио будит мысль даже в те часы, когда очень хочется спать; Дети - цветы жизни, не давайте им, однако, распускаться (Э. К.).

Но иногда говорящий не замечает игры слов, которая возникла в речи при употреблении многозначной лексики. В таких случаях многозначность слова становится причиной искажения смысла высказывания. Это может привести ко всяким недоразумениям, если собеседники понимают одно и то же слово по-разному. Вот примеры из сочинений: Старуха Изергиль состоит из трех частей; Наши ребята привыкли все хорошее брать друг у друга...; Мы наметили посетить городской музей и вынести из него все самое ценное, самое интересное. Двусмысленность подобных предложений очевидна.

Словесная игра, основанная на столкновении в тексте различных значений многозначных слов, может придать речи форму парадокса, то есть высказывания, смысл которого расходится с общепринятым, противоречит логике (иногда только внешне). Например: Единица - вздор, единица - ноль (М.).

Наряду с многозначными словами в словесную игру часто вовлекаются и Омонимыомонимы. Столкновение омонимов всегда неожиданно, что создает большие стилистические возможности для их обыгрывания. Кроме того, употребление омонимов в одной фразе, подчеркивая значения созвучных слов, придает речи особую занимательность, яркость: Каков ни есть, а хочет есть (поговорка).

В основе каламбуров могут быть различные звуковые совпадения: собственно омонимы - Трамвай представлял собой поле брани (Э. К.); омоформы - Может быть, &nbso;– старая - и не нуждалась в няньке, может быть, и мысль ей моя казалась пошла, только лошадь рванулась, встала на ноги, ржанула и пошла (М.); омофоны - «Искра» играет с искрой (заголовок спортивного обозрения); наконец, совпадение в звучании слова и двух-трех слов - Над ним одним всё нимбы, нимбы... Побольше терниев над ним бы (Сим.).

Особого внимания заслуживает так называемая Омонимия индивидуально-авторскаяиндивидуально-авторская омонимия. При этом по-новому толкуют известные слова; индивидуально-авторские омонимы лежат в основе многих шуток: гусар - птичник, работник гусиной фермы: дерюга - зубной врач; доходяга - победитель в спортивной ходьбе и т.д.

К такой игре словами близки и неожиданные восприятия известных поэтических строк, например: Души прекрасные порывы - от глагола душить? С огнем Прометея - от глагола согнуть? Но с пламенной, пленительной, живой - нос пламенный? С свинцом в груди лежал недвижим я - с винцом? Можно ли быть равнодушным ко злу? - козлу?

3.3.5.
Лексическая синонимия

О богатстве речи можно судить также по тому, как мы используем синонимы родного языка. СинонимыСинонимами (от греч. synōnymos - одноименный) называются слова, имеющие одинаковое значение и часто различающиеся дополнительными смысловыми оттенками или стилистической окраской. Совершенно однозначных слов в русском языке немного: лингвистика - языкознание, тут - здесь, в течение - в продолжение и т.п. Более распространены синонимы, имеющие различные смысловые и стилистические оттенки. Например, сравним значения и стилистическую окраску синонимов в таких отрывках из художественных произведений: И я пойду, пойду опять, пойду бродить в густых лесах, степной дорогою блуждать (Полон.); А я пойду шататься, - я ни за что теперь не засну (Л.); И страна березового ситца не заманит шляться босиком! (Ес.).

Все эти синонимы имеют общее значение «ходить без определенной цели», но они отличаются смысловыми оттенками: слово блуждать имеет дополнительное значение «плутать, терять дорогу», в слове шататься есть оттенок «ходить без всякого дела», глагол шляться подчеркивает неповиновение, непослушание. Кроме того, приведенные синонимы отличаются и стилистической окраской: бродить - стилистически нейтральное слово, блуждать имеет более книжную окраску, шататься и шляться - просторечные, причем последнее - грубое.

Русский язык богат синонимами. В любом синонимическом словаре вы увидите два-три, а то и десять синонимичных слов, что определяет большие выразительные возможности русской лексики. Причем синонимические богатства русского языка не облегчают, а усложняют писательский труд, потому что чем больше близких по значению слов, тем труднее в каждом конкретном случае выбрать то единственное, самое точное, которое в контексте будет наилучшим. «Муки слова» поэтов заключаются обычно в поисках неуловимого, ускользающего синонима.

Об упорном труде художников слова при отборе синонимических средств можно судить по черновым вариантам их рукописей. В них много лексических замен, авторы по многу раз зачеркивают написанное, подбирая более точное слово. Например, Пушкин А.С.А.С. Пушкин, описывая впечатление Дубровского от встречи с враждебно настроенным Троекуровым, вначале употребил такие слова: Заметил злобную улыбку своего противника, но потом два из них заменил синонимами: ядовитую улыбку своего неприятеля. Это исправление сделало высказывание более точным.

Не владея синонимическими богатствами родного языка, нельзя сделать свою речь выразительной, яркой. Бедность словаря приводит к частому повторению слов, тавтологии, употреблению слов без учета оттенков их значения. Чуковский К.И.К.И. Чуковский, призывая шире использовать синонимию русского языка, задавал вопрос: «...Почему всегда пишут о человеке - худой, а не сухопарый, не худощавый, не тщедушный, не тощий? Почему не стужа, а холод? Не лачуга, не хибарка, а хижина? Не каверза, не подвох, а интрига? Многие... думают, что девушки бывают только красивые. Между тем они бывают миловидные, хорошенькие, пригожие, недурные собой, - и мало ли какие еще».

Синонимы становятся источником эмоциональности и выразительности речи, если употреблять их с особым стилистическим заданием.

Нередко в художественном тексте используется одновременно несколько синонимов. В этом случае они получают определенную стилистическую нагрузку. Нанизывая синонимы, писатели достигают усиления, акцентирования основного значения слова. Например: Да, что-то есть во мне противное, отталкивающее, - думал Левин, вышедши от Щербатских (Т.). Часто в таком синонимическом ряду слова взаимно дополняют значение друг друга или подчеркивают, усиливают определенную мысль.

Однако порою новые синонимы в речи ничего не добавляют к сказанному. Например: Нарушение правил пользования газом приводит к беде, несчастью, к драматическим последствиям и трагическим случаям. Такое употребление синонимов свидетельствует о беспомощности в обращении со словом, о неумении точно выразить мысль.

Использование нескольких синонимов подряд лишь тогда эстетически оправдано, когда каждый новый синоним уточняет, обогащает смысл высказывания. Нанизывание синонимов порождает градацию, если каждый следующий синоним усиливает (реже - ослабляет) значение предыдущего. У Чехов А.П.Чехова, например, читаем: Через двести - триста лет жизнь на Земле будет невообразимо прекрасной, изумительной; Ему (Коровину) хотелось чего-то гигантского, необъятного, поражающего.

Однако в построении градации не исключены и ошибки, что нередко наблюдается в торопливой, сумбурной речи. Кони А.Ф.А.Ф. Кони, описывая выступление плохого оратора, приводит такую фразу словоохотливого адвоката:

Господа присяжные! Положение подсудимого перед совершением им преступления было поистине адское. Его нельзя не назвать трагическим в высшей степени. Драматизм состояния подсудимого был ужасен: оно было невыносимо, оно было чрезвычайно тяжело и, во всяком случае, по меньшей мере неудобно.

Нагромождение синонимов при неумелом, беспорядочном их расположении порождает речевую избыточность, «уточняющие» определения, разрушая градацию, создают нелогичность и комизм высказывания.

Имея в основе общность значения, синонимы часто подчеркивают различные особенности сходных предметов, явлений, действий, признаков. Поэтому синонимы могут в тексте сопоставляться и противопоставляться, если автор хочет обратить внимание именно на те оттенки значений, которыми отличаются эти близкие по смыслу слова. Так, в «Записных книжках» Чехов А.П.Чехова: Он не ел, а вкушал; Врача пригласить, а фельдшера позвать.

В некоторых случаях автор, используя синонимы, стремится объяснить непонятное слово. Например: Началась анархия, то есть безначалие (С.-Щ.).

Синонимы позволяют разнообразить речь, избежать употребления одних и тех же слов. Но писатели не механически заменяют повторяющееся слово его синонимом, а учитывают при этом смысловые и экспрессивные оттенки используемых слов. Например, у Ильф И.Ильфа и Петров Е.Петрова: Только что на этом месте стояла моя ладья! - закричал одноглазый; Это возмутительно! - заорал одноглазый; Товарищи! - заверещал одноглазый.

Особенно часто приходится избегать повторения слов при передаче диалога. В таких случаях используются не только синонимы, но и близкие по значению слова. Так, у Тургенев И.С.Тургенева:

- Душевно рад, - начал он... - Надеюсь, любезнейший Евгений Васильевич, что вы не соскучитесь у нас, - продолжал Николай Петрович... - Так как же, Аркадий, - заговорил опять Николай Петрович... - Сейчас, сейчас, - подхватил отец.

Выбор синонимов должен быть стилистически обоснован.

3.3.6.
Антонимия

Особое место в русском языке занимают Антонимыантонимы (от греч. anti - против и onyma - имя) - слова, противоположные по значению, например: хороший - плохой, правда - ложь.

Существование антонимов в языке обусловлено характером нашего восприятия действительности во всей ее противоречивой сложности. Поэтому контрастные слова, как и обозначаемые ими понятия, не только противопоставлены, но и тесно связаны между собой: слово добрый вызывает в нашем сознании слово злой, далеко напоминает о слове близко, ускорить - о замедлить.

Использование антонимов лежит в основе разнообразных стилистических приемов. Антонимия придает особую значительность предметам и понятиям: «Война и мир», «Дни и ночи», «Живые и мертвые». Антонимы становятся своеобразным курсивом, выделяющим слова, на которые падает логическое ударение: Вкус жизни постигается не во многом, а в малом. (Солж.). Антонимы придают особую остроту и афористичность крылатым словам: Дома новы, а предрассудки стары (Гр.); Чем ночь темней, тем ярче звёзды (Майк.).

Антонимы способствуют раскрытию противоречивой сущности предметов, явлений: Он (Блок)... хотел быть один. И никак не мог оторваться от ненавистной - и любимой России (Зам.). Неудивительно поэтому, что антонимы постоянно используются в Антитезаантитезе - стилистическом приеме, состоящем в резком противопоставлении понятий, положений, образов, состояний. Пример классической антитезы находим у Некрасова: Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка-Русь.

Противоположен антитезе стилистический прием, состоящий в Отрицание контрастных признаков у предметаотрицании контрастных признаков у предмета: В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, не слишком толст, не слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод (Г.). Нанизывание антонимов с отрицаниями подчеркивает заурядность личности, отсутствие у нее ярких качеств, четко выраженных признаков.

Возможно и употребление одного из членов антонимической пары с отрицанием: Характер спортсмена воспитывается не триумфом побед, а горечью поражений. Такое сочетание антонимов создает речевую избыточность, что может придать речи особую эмоциональность.

Явление антонимии используется и в оксюмороне (от греч., буквально остроумно-глупое). Этот стилистический прием состоит в создании нового понятия соединением контрастных по значению слов: «Начало конца»; «Плохой хороший человек» (название статьи, кинофильма). В основе этих оксюморонов - столкновение обычных антонимов, но чаще в подобных случаях употребляются слова, объединенные как определяемое и определяющее: «Живой труп».

Особый стилистический прием - употребление слова в противоположном значении с целью иронии. Например: Откуда, умная, бредешь ты голова? (Кр.). Слово умная сказано в насмешку по отношению к ослу, и мы понимаем, что за этим определением стоит его антоним - глупая. Употребление слова в противоположном значении называется Антифразисантифразисом. Для сатириков это верный способ иронического описания событий, героев. Гоголь Н.В.Гоголь так изобразил «оперативность» судопроизводства при разборе жалобы Ивана Ивановича на его соседа: Тогда процесс пошел с необыкновенною быстротою, которою обыкновенно так славятся судилища... Двух склочников, годами ведущих эту тяжбу, писатель называет не иначе как прекрасные люди, прибегая к антифразису.

Стилистические функции антонимов не исчерпываются выражением контраста. Антонимы помогают нам показать полноту охвата явлений: Спят богатые и бедные, мудрые и глупые, добрые и лютые (Ч.); широту пространственных и временных границ: Я поля влюбленным постелю, пусть поют во сне и наяву (Выс.).

Антонимия может отражать чередование действий, смену явлений: Вот вдали блеснула ясная зарница, вспыхнула и погасла... (Бл.); Друзей моих прекрасные черты появятся и растворятся снова (Б. Ахм.).

Столкновение антонимов порождает каламбур. Например, у Прутков К.Козьмы Пруткова: Где начало того конца, которым оканчивается начало?; Самый отдаленный пункт земного шара к чему-нибудь да близок, а самый близкий от чего-нибудь да отдален.

Богатство и разнообразие антонимов в русском языке создают неограниченные выразительные возможности и в то же время обязывают нас серьезно и вдумчиво относиться к использованию этих контрастных слов в речи. Столкновение антонимов, не замеченное говорящим, делает фразу нелогичной. Например, Фамусов говорит Скалозубу: Давно полковники, а служите недавно? А один из героев Достоевского предлагает: Надень мои старые сапоги. Они еще новые.

Небрежное отношение к антонимам может сделать речь абсурдной и смешной: Дела на селе улучшаются все хуже и хуже; - Как живет твой ёж? - Он живет плохо: он умер.

Случается и так, что в речи «стихийно» появляются неуместные оксюмороны: Трудно наладить работу при наличии отсутствия необходимых материалов. Бывают и немотивированные антифразисы: Не разговорчивый, но и не болтливый (следовало: не молчаливый), он притягивал к себе какой-то внутренней силой.

Поистине «бедность при богатстве»: имея возможность Использовать в речи такие выразительные средства родного языка, как синонимия, антонимия, мы зачастую не владеем словом.

3.3.7.
Паронимия

Еще больше трудностей возникает при употреблении однокоренных слов, близких по звучанию, но не совпадающих в значениях, то есть Паронимыпаронимов (от греч. para - рядом и onyma - имя), например: узнать - признать, одеть - надеть, подпись - роспись. Их звуковая близость и сходство в значениях объясняются тем, что у них один и тот же морфологический корень. Есть паронимы, имеющие разные приставки (опечатки - отпечатки); паронимы, отличающиеся суффиксами (существо - сущность); паронимы, один из которых имеет непроизводную основу, а другой - производную (рост - возраст, тормоз - торможение).

Паронимы отчасти напоминают Синонимысинонимы: и те и другие близки по значению. Однако расхождение в значении паронимов обычно настолько очевидно, что замена одного слова другим невозможна. В то же время известны случаи перехода паронимов в синонимы. Так, раньше слово смириться имело значение «стать смирным, покорным, смиренным», и употребление его в значении «примириться» считалось недопустимым. Однако этот глагол все чаще обозначал «привыкнуть, примириться с чем-либо» (смириться с бедностью, смириться с недостатками). Теперь в словарях русского языка это значение указывается как основное. Таким образом, бывшие паронимы могут со временем становиться синонимами.

Смысловое различие паронимов обычно не простирается до антонимии, но некоторые паронимы могут противопоставляться в контексте: Не должность, а долг; Служить бы рад, прислуживаться тошно (Гр.).

Кто не испытывал сомнений, сталкиваясь с паронимами? Как сказать: одеть или надеть очки; поставить свою роспись или подпись: у кассы стоят командировочные или командированные; встать на цыпочки или стать и т.д.? В этих случаях рекомендуется использовать выделенные слова, но в повседневной речи мы чаще наблюдаем ошибочное словоупотребление.

Смешение паронимовСмешение паронимов считается грубой лексической ошибкой, так что паронимы заслуживают внимания не меньше, чем синонимы.

Умелое использование паронимов помогает нам правильно и точно выразить мысль. Именно паронимы раскрывают большие возможности русского языка в передаче тонких смысловых оттенков. Вот, например, как Пушкин А.С.А.С. Пушкин вводил паронимы в речь царя в драме «Борис Годунов»: Я думал свой народ в довольствии, во славе успокоить. Щедротами любовь его снискать, - я злато рассыпал им, я им сыскал работы, - они ж меня, беснуясь, проклинали (снискать - заслужить, приобрести что-либо, сыскать - найти). Еще примеры: Надев широкий боливар, Онегин едет на бульвар; Лазурный, пышный сарафан одел Людмилы стройный стан.

В иных случаях паронимы ставят рядом. При этом часто автор обращает внимание на смысловое отличие паронимов при кажущемся их подобии. Так, Югов А.А. Югов писал в книге «Думы о русском слове»: «Знающий язык своего народа писатель не спутает пустошь и пустырь: пустошь распахивают, а пустыри застраивают». Еще пример: Вспомнил ли он (Сабуров) об Ане в эти дни? Нет, не вспомнил - он помнил о ней, и боль не проходила (Сим.). Следовательно, употребление паронимов может быть средством уточнения мысли.

Возможно сопоставление паронимов, если автор хочет показать тонкие смысловые различия между ними: Я не люблю пластику кистей у танцовщиц. Она манерна, условна и сентиментальна, в ней больше красивости, чем красоты (Станисл.).

Яркий стилистический эффект создает противопоставление паронимов: Меня тревожит встреч напрасность, что и ни сердцу, ни уму, и та не праздничность, а праздность, в моем гостящая дому (Ев.). Обычно в этом случае паронимы соединены противительным союзом и одно из созвучных слов дается с отрицанием: Я жить хотел быстрее всех. Я жаждал дел, а не деяний. Но где он, подлинный успех, успех, а не преуспеянье?! (Ев.)

Противопоставляются и неродственные созвучные слова: не фирма, а форма; флаг, а не флюгер; Теперь он увлекся не спортом, а спиртом. Кажущаяся нелогичность сближения похожих слов придает особую экспрессию фразе: Она вся в белом, белом, белом, а я - в былом (песня).

Паронимы и еще чаще созвучные неродственные слова Используются в каламбурах: Памятник первоопечатнику (И. и П.): Розыск сбежавшего жениха не обвенчался успехом. При этом одно из обыгрываемых слов может в тексте отсутствовать, но мы его обязательно вспоминаем под влиянием звуковых ассоциаций: содрание сочинений, притворные актеры, червь самомнения.

К смешению паронимов близка лексическая ошибка, состоящая в замене нужного слова его искаженным словообразовательным вариантом. В разговорной речи вместо прилагательного внеочередной употребляют неочередной, вместо выдающийся - выдающий, вместо заимообразно - взаимообразно. Такие слова образованы вопреки литературно-языковой норме, употребление их свидетельствует о крайне низкой речевой культуре.

3.3.8.
Стилистические возможности словообразования

Русский язык выделяется среди других языков богатством словообразовательных суффиксов. Сравните: дом - домик - домишко - домище - домина; брат - браток - братец - братишка; рука - ручища - ручка - ручонка - рученька. Одни звучат ласково, другие - пренебрежительно, иронически; в одних словах отражена положительная оценка предметов (девчурка, старичок, старушка), в других - отрицательная (деваха, старикан, старикашка).

Есть суффиксы, указывающие на размеры предметов и повременно отражающие отношение к ним говорящего (домище, домина, ножища, детина, большущий, здоровенный - домик, комнатка, комнатушка, деточка, крохотный, малюсенький). Слова, к которым присоединяются уменьшительные суффиксы, очень часто получают и ласкательный оттенок: маленький домик, крошечная девчушка.

С помощью суффикса можно придать слову шутливую окраску (бумаженция, старушенция); оттенок пренебрежения (солдатня, матросня); отрицательное оценочное значение (спанье, кислятина, пошлятина, галдеж, скукота).

В русском языке исключительным богатством экспрессивных оттенков отличаются существительные с суффиксами, обозначающие лицо: девочка - девчурка - девчушка - девчонка - девчоночка - девонька - девулька - девка - деваха. Можно нанизывать суффиксы субъективной оценки, так что происходит их удвоение, утроение: дочурочка, бабуленция, крохотулечка, духотища.

Суффиксы создают богатейшие возможности для варьирования при употреблении не только существительных и прилагательных, но и других частей речи. Например: тысчонка, миллиардище, многовато, маленечко, столечко, рядком, давненько, вприсядочку, никогошеньки, ничегошеньки, баюшки, баюнюшки, охохонюшки, нетушки, спасибочко и т.д.

Для глагола еще большие возможности представляет образование новых слов с помощью приставок, например: бегать - добегаться, забегаться, отбегаться, уездиться, уходиться, обхохотаться, подзаработать, прихватить, попридержать и др. Именно приставки создают особую выразительность глаголов, указывая на высокую степень интенсивности действия или на разнообразные оттенки его проявления (исчерпанность, ограниченность и т.д.) и придавая словам сниженную, разговорную окраску.

В русской художественной литературе множество интересных примеров искусного применения словообразования для выражения разнообразных оттенков значений и эмоциональной окраски слов. Например, у Грибоедов А.С.Грибоедова Фамусов использует их, чтобы выразить расположение к собеседнику (Скалозубу): Прозябли вы, согреем вас; отдушничек отвернем поскорее. В иных репликах эти же суффиксы придают речи ироническую окраску: Будь плохонький, да если наберется душ тысячки две родовых, - тот и жених; создают фамильярно-непринужденный тон его монологов: Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку, ну как не порадеть родному человечку!

А пристрастие Молчалина к уменьшительно-ласкательным словам придает его речи заискивающий оттенок, подчеркивая его зависимое положение: Ваш шпиц - прелестный шпиц, не более наперстка, я гладил все его; как шелковая шерстка. В монологах Чацкого слова с оценочными суффиксами звучат сатирически: Французик из Бордо; Посмотришь, вечерком он чувствует себя здесь маленьким царьком.

Гоголь Н.В.Гоголь с иронией описал увлечение уменьшительно-ласкательными словами дам города N, пересыпавших свою пустую речь сентиментальными восклицаниями: Фестончики, все фестончики: пелеринка из фестончиков, на рукавах фестончики, эполетцы из фестончиков, внизу фестончики, везде фестончики.

Использование выразительных возможностей русского словообразования в творчестве наших лучших писателей было обусловлено и особенностями их стиля, и конкретными художественными задачами.

Однако, как это ни странно, нашу речь портит немотивированное использование «ласковых» словечек. Представьте себе юношу атлетического сложения, который жалуется: Головка болит, ножку подвернул, гоняя мячик на футбольном поле; немножечко хромаю. Не покажется ли он при этом смешным?

У некоторых людей есть дурная привычка - делать свою речь «слишком вежливой»;

Два билетика, прошу вас!

Будьте любезны, подайте два салатика и двое сосисочек!

Мне справочку заверьте, пожалуйста!

В повседневной речи, а тем более в публичных выступлениях, не следует злоупотреблять уменьшительно-ласкательными словами: они лишь продемонстрируют ваше незнание законов красноречия.

3.3.9.
Стилистическое использование частей речи

Задумываясь о богатстве русского языка, нельзя упускать из виду и стилистику частей речи. Умелое их использование открывает широкие возможности усиления эмоциональности, яркости речи. Ведь имена существительные, прилагательные, числительные, местоимения по своим стилистическим функциям представляют неоценимый источник выразительности художественных описаний. Глаголы позволяют писателю живо передать движение, они незаменимы в повествовании.

В зависимости от главенствующей роли имен или глагольных форм говорят об Именной тип речиименном или о Глагольный тип речиглагольном типе речи. Это во многом определяет стиль художественных произведений, ораторских речей.

Рассмотрим более подробно стилистическое использование разных частей речи как источника ее выразительности, живости, яркости.

Информативная роль существительных не вызывает сомнения: именно в этой части речи обычно сосредоточено основное содержание сообщения. Однако не следует забывать и о том, что имена существительные выполняют в речи и эстетическую функцию. Они вовлекаются в систему выразительных средств и обретают соответствующую экспрессивную окраску.

Большими потенциальными возможностями создания образной речи обладают конкретные существительные. Умелое введение их в текст создает зримые картины. Например:

Вчера я приехал в Пятигорск, нанял квартиру на краю города, на самом высоком месте, у подошвы Машука: во время грозы облака будут спускаться до моей кровли. Нынче в 5 часов утра, когда я открыл окно, моя комната наполнилась запахом цветов, растущих в скромном палисаднике. Ветки цветущих черешен смотрят мне в окна, и ветер иногда усыпает мой письменный стол их белыми лепестками (Л.).

Особая стилистическая ценность конкретных существительных определяется их изобразительными возможностями при описании художественных деталей. В этом случае слова, называющие бытовые реалии, нередко весьма «прозаические» вещи, заключают в себе большую образную энергию и представляют неограниченные изобразительные возможности для описания жизни героев, обстановки, картин природы, быта. Вспомним гоголевские строки:

- Прошу покорно закусить, - сказала хозяйка. Чичиков оглянулся и увидел, что на столе стояли уже грибки, пирожки, скородумки, шанишки, пряглы, блины, лепешки со всякими припеками: припекой с лучком, припекой с маком, припекой с творогом, припекой со сняточками, и невесть чего не было.

Возможность стилистического использования подобных существительных в процессе предметно-образной конкретизации в русской литературе свидетельствовала о торжестве реалистического метода.

Большой простор для стилистических наблюдений открывает выразительность русских имен и фамилий. Они отличаются большим разнообразием словообразовательных вариантов - от интимно-ласковых (Ванюшка, Ванятка, Ванечка, Ванюша) до пренебрежительных и грубых (Ванька, Ванюха). Стилистически противопоставлены официальные имена (Иван Иванович Иванов) и разговорные (Ваня).

Выразительность личных имен обусловлена еще и тем, что многие из них восходят к греческим корням и несут в себе скрытое символическое значение: Митрофан - слава матери; Елена - избранная, светлая и т.д.

Русский язык предоставляет неограниченные возможности и для словотворчества. Еще в эпоху классицизма русские драматурги сочиняли выразительные фамилии-характеристики: Правдин, Стародум (Фонвизин). Галерею отрицательных персонажей, наделенных красноречивыми фамилиями, пополнили писатели XIX в: Молчалин, Скалозуб (Грибоедов); Буянов, граф Нулин (Пушкин); Держиморда (Гоголь).

Есть фамилии, отражающие ущербность героев: Макар Девушкин, князь Мышкин (Достоевский); насмешливо-иронические: Красоткин, Поцелуев (Гоголь); остросатирические: учитель Вральман (Фонвизин), судья Ляпкин-Тяпкин (Гоголь). Однако наряду с богатым набором сниженных фамилий в русской литературе известно и немало имен собственных, которые воспринимаются не как нейтральные, а как «хорошие», открытые для создания вокруг них ореола положительных эмоциональных оттенков; ср.: Онегин, Печорин, Ларины, Ленский, Инсаров, Ростов. Подобные фамилии кажутся красивыми благодаря их эстетическому звучанию.

Другую группу стилистически активных имен собственных составляют географические наименования. В русском литературном языке их значения обогащаются различными ассоциациями. Так, в годы Великой Отечественной войны острое политическое значение обрели многие географические названия: Брест, Сталинград, Волга, Урал, Ялта и др.

Прилагательное - самая живописная часть речи. Русский язык выделяется богатством «качественных слов», по количеству прилагательные уступают только существительным.

Обращение к прилагательным диктуется необходимостью в деталях обрисовать внешность героя: Вижу, как теперь, самого хозяина, человека лет пятидесяти, свежего и бодрого, и его длинный зеленый сюртук с тремя медалями на полинялых лентах (П.). Прилагательные участвуют и в создании психологического портрета персонажа, описании его привычек, уклада жизни и т.д. В русской художественной литературе сложилась богатая традиция стилистического освоения прилагательных в различных описаниях, и прежде всего в пейзажных зарисовках. Проиллюстрируем это примером описания лунной ночи: ...Появилась луна, обливая море серебряным блеском. Большая, кроткая, она медленно плыла вверх по голубому своду неба, яркий блеск звезд бледнел и таял в ее ровном, мечтательном свете (М.Г.).

Отказ писателей от использования прилагательных при изображении природы в художественном тексте может стать своеобразным стилистическим приемом, демонстрирующим ироническое отношение автора к «высокому» слогу, стремление к «деромантизации» пейзажа. Этот прием показан, например, в рассказе Горький М.М. Горького «Месть»: Соловьи и луна, тени, запах цветов - все это имелось налицо и в количестве гораздо большем, чем было нужно по ходу дел. Читатель невольно сравнивает эту фразу с пейзажной зарисовкой в начале рассказа (Эта река и камыш по ее берегам, а за ним темные, пышные деревья так хороши, облитые чудным, приветливым светом луны...); отказ автора от использования прилагательных-эпитетов расценивается как выражение протеста против фальши «красивых слов».

Значительные выразительные возможности заложены в формах степеней сравнения имени прилагательного. Они указывают на более (или менее) интенсивное проявление качественного значения, что делает их экспрессивными: Можно краше быть Мери, но нельзя быть милей (П.); Молчалин прежде был так глуп! Жалчайшее созданье! (Гр.) Писатели и публицисты используют различные сочетания форм степеней сравнения, создающие гиперболизм при указании на преобладание того или иного признака: Дороги хуже худшего (Ч.).

Умение автора найти точное прилагательное нередко выступает критерием хорошего слога. Однако при употреблении прилагательных важно сохранять чувство меры, не злоупотребляя определениями, порождающими многословие. Чехов А.П.А.П. Чехов советовал молодому Горькому: «Читая корректуру, вычеркивайте, где можно, определения» (выделено нами - И.Г.).

Многие считают, что числительные не интересны с точки зрения выразительности речи, так как обычно используются лишь для точной передачи количественной информации. Но иногда статистические данные более интересны, чем самые красивые слова. Белинский В.Г.В.Г. Белинский замечал, что бывает так, когда «самые увлекательные, самые патетические места ораторской речи вдруг сменяются статистическими цифрами, сухими рассуждениями, потому что толпа убеждается не одной красотой живой речи, но... и фактами» (рецензия на «Общую риторику» профессора И. Кошанского»).

Опытные ораторы в выступлениях стараются избегать употребления числительных, так как на слух они воспринимаются с трудом - статистика утомляет аудиторию. Иное дело - письменная речь. Здесь числительные незаменимы как самая информативная часть речи, выступающая, в определенных условиях, и как сильный источник эмоциональной речи. Какой всплеск эмоций могут вызвать числительные, например, в рубрике «Очки, голы, секунды», адресованной болельщикам и спортсменам! Однако нас больше интересует использование числительных писателями.

Числительные, как и другие части речи, вовлекаются в систему выразительных средств. Мастера художественного слова ценят числительные, которые при описании событий создают впечатление достоверности, правдивости изображения. Это важно, например, в повествовании о военных событиях, когда писатель использует фактические данные, извлеченные из тех или иных документов:

Полк Карпова занимал оборону на линии: высота 251 - деревня Петелино - разъезд Дубосеково... Они сконцентрировали свыше 80 танков, два полка пехоты, шесть минометных и четыре артиллерийские батареи.

(А. Кривицкий)

При таком включении числительных в художественную речь читатель ощущает их иностилевую принадлежность, но именно это и придает повествованию особую действенность, заставляя поверить автору.

При стилистической оценке местоимений прежде всего обращает на себя внимание их особая употребительность в разговорной речи. В живом общении их конкретизация легко достигается жестом, интонацией. Мы любим употреблять местоимения и для выделения особо значимых слов: Дима, он не подведет. Экономика, она требует внимания профессионалов... Такое (двойное) указание на предмет речи далеко не всегда стилистически оправдано. Тем более лишними оказываются местоимения в таких, например, предложениях: Перед своей смертью он покаялся; Окончив свою школу, Ольга осталась в родной для нее деревне. Однако это вовсе не означает, что местоимения следует избегать. Нужно научиться их использовать как источник выразительности речи.

Обращение к местоимениям художников слова всегда продиктовано эстетическими мотивами. Чтобы понять это, проанализируем выразительные возможности некоторых местоимений. По богатству экспрессивных красок на первом месте среди них стоят личные местоимения. Введение в текст личных и притяжательных местоимений я, мы, мой, наш приводит к Субъективация повествованиясубъективации авторского повествования. Этот стилистический прием широко используют писатели и публицисты. Так, журналист, выступая в очерке от первого лица, создает впечатление достоверности описываемых событий, как бы «приближая» их к читателю:

Я вхожу в комнату, где живет режиссер Алексей Герман... и будто попадаю в знакомый по экрану мир.

Личные местоимения в прямой речи, которая тоже является сильным источником экспрессии, создают «эффект присутствия» читателя в описываемой ситуации:

Узнаю, что многие вещи германовской квартиры переселялись в павильон и снимались в фильме. Зачем?

- Мне это было очень важно. Висел портрет отца, портрет матери... Соврать под их взглядом было немыслимо.

Если же в речи происходит замена личных местоимений первого лица формой третьего лица, - создается «эффект отстранения», описываемое отдаляется, что также может стать стилистическим приемом:

Это был сон о возвращении в детство... Будто я вхожу в наш двор... Здесь сидят все наши ребята... Мне навстречу выходит мальчик, и я знаю, что он - это я. Выходят мать и отец, совсем молодые, смотрят на него и молчат.

Особое стилистическое значение имеет выбор форм числа личных местоимений, отражающих или официальный, или дружеский, интимный характер речи. Вспомним выразительный переход к обращению «на ты» в письме Татьяны к Онегину:

Я к вам пишу...

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать.

И вдруг:

Другой!.. Нет, никому на свете

Не отдала бы сердце я!

То в вышнем суждено совете...

То воля неба: я твоя;

Вся жизнь моя была залогом

Свиданья верного с тобой;

Я знаю, ты мне послан богом...

Однако в разговорном стиле, лишенном лиризма, употребление местоимений я, мой и в особенности их навязчивое повторение создают неблагоприятное впечатление. Это отражает нескромность говорящего, его стремление подчеркнуть свой вес, влияние. Вспомним сцену хвастовства Хлестакова в комедии Гоголя «Ревизор»:

Я принимаю должность... только уж у меня: ни, ни, ни! Уж у меня ухо востро! Уж я... О! я шутить не люблю. Я им всем задал острастку... Я такой! Я не посмотрю ни на кого...

В толковых словарях русского языка дается особое значение местоимений он, она, - «любимый», «любимая» (герой, героиня романа), которое имеет яркую эмоциональную окраску. Например: Ночная синяя чернота неба в тихо плывущих облаках, везде белых, а возле высокой луны голубых... Она боком сидит на подоконнике раскрытого окна и, отклонив голову, смотрит вверх - голова у нее немного кружится от движения неба. Он стоит у ее колен (Бун.).

На основе рассмотренного значения этих местоимений строится своеобразный стилистический прием «обманутого ожидания», когда местоимение с иным значением употребляется в препозиции по отношению к замещаемому существительному. Например:

Моя «она»

Она, как авторитетно утверждают мои родители и начальники, родилась раньше меня. Правы они или нет, но я знаю только, что я не помню ни одного дня в моей жизни, когда бы я не принадлежал ей и не чувствовал над собой ее власти. Она не покидает меня день и ночь; я тоже не выказываю поползновения удрать от нее, - связь, стало быть, крепкая, прочная... За ее привязанность я пожертвовал ей всем: карьерой, славой, комфортом... Хотите знать ее имя? Извольте... Оно поэтично и напоминает Лилю, Лелю, Нелли... Ее зовут - Лень (Ч.).

Из всех частей речи глагол выделяется как самая сложная и самая емкая, так как обладает широкими возможностями яркого описания жизни в ее развитии, движении.

Исследователи утверждают, что в глаголе, образно говоря, течет самая алая, самая артериальная кровь языка. Толстой А.Н.А.Н. Толстой писал: «Движение и его выражение - глагол - являются основой языка. Найти верный глагол для фразы - это значит дать движение фразе»Толстой А.Н. Собр. соч.: В 10 т. - М. 1961. Т. 10. - С. 212..

В художественной речи с помощью глагольных форм изображается динамика окружающего мира и духовной жизни человека. Если писатель хочет «вдохнуть жизнь» в повествование, он обращается к глаголам.

Важнейшая стилистическая функция глагола в художественной речи - придавать динамизм описаниям. Проиллюстрируем это примером:

Сотников сидел на головном в батарее тракторе... <...>

Перед самым рассветом Сотников не выдержал и только задремал на сиденье, как громовой взрыв на обочине вырвал его из сна. Комбата обдало землей и горячей волной взрыва, он тут же вскочил: «Комсомолец» сильно осел на правую гусеницу. И тут началось... Танки расстреливали полк на дороге.

(В. Быков)

Речь, насыщенная глаголами, выразительно рисует стремительно разворачивающиеся события, создает энергию и напряженность повествования.

Мастера художественного слова и стилисты видят в глаголе и яркое средство образной конкретизации речи. По наблюдению Кожина М.И.М.И. Кожиной, «для художественного повествования или описания характерна постепенность в передаче события, действия, движения, состояния, мысли, чувства как осуществляющихся во времени, как бы «дробность» изображения и отсюда - эстетически обусловленная последовательность глаголов»Кожина М.Н. О специфике художественной и научной речи в аспекте функциональной стилистики. - Пермь, 1960. - С. 107..

Вспомним стилистическое употребление глаголов Шолохов М.А.М. Шолоховым в романе «Тихий Дон»:

Григорий спустился к Дону, осторожно перелез через плетень астаховского база, подошел к прикрытому ставнями окну. Он слышал только частые удары сердца... Тихо постучал в переплет рамы... Аксинья молча подошла к окну, всмотрелась. Он увидел, как она прижала к груди руки, и услышал сорвавшийся с губ ее невнятный стон. Григорий знаком показал, чтобы она открыла окно, снял винтовку. Аксинья распахнула ставни. Он стал на завалинку, голые руки Аксиньи схватили его шею. Они так дрожали и бились на его плечах, эти родные руки, что дрожь их передалась и Григорию.

В подобном изображении состояния, чувств героев глаголы выступают незаменимым средством образной конкретизации речи. Это надо иметь в виду, когда приходится решать, какой тип речи следует предпочесть - Глагольный тип речиглагольный или Именной тип речиименной.

Глагол представляет действие как процесс в грамматических формах времени, лица, наклонения, залога. Именно в этих грамматических категориях получает исчерпывающее выражение понятие глагольности, отчего и установилось мнение, что глагол как часть речи «специально создан» для изображения действия.

Глагольные формы обладают неограниченными возможностями варьирования. Их секрет в том, что в речи очень часто одна глагольная форма может употребляться вместо другой, в переносном значении.

1. При описании прошлых событий глаголы настоящего времени заменяют глаголы прошедшего времени: Вот мы трое идем на рассвете по зелено-серебряному полю; слева от нас, за Окою... встает, не торопясь, русское ленивенькое солнце. Тихий ветер сонно веет с тихой мутной Оки (М. Г.). Благодаря использованию такого настоящего времени события, о которых повествует автор, словно приближаются к читателю, предстают крупным планом: картина разворачивается как бы у нас на глазах. Стилисты называют такие глагольные формы настоящим историческим временем (или настоящим повествовательным).

Обращение к настоящему историческому придает живость и газетным репортажам: Атаки наших троек становятся все острее. На 12-й минуте нападающий неожиданным ударом открывает счет.

Писатели находят различные средства, помогающие усилить экспрессию глагольных форм в настоящем историческом. Такое употребление глаголов особенно оправдано при описании неожиданного действия, нарушающего закономерное течение событий: Пришли они, расположились поудобнее, разговорились, познакомились. Вдруг является этот... и говорит...

2. Экспрессивное использование глагольного времени позволяет употреблять настоящее и в значении будущего для указания намеченного действия: У меня уже все готово, я после обеда отправляю вещи; Мы с бароном завтра венчаемся, завтра же уезжаем... начинается новая жизнь (Ч.), а также для описания воображаемых картин: Об чем бишь я думал? Ну, знакомлюсь, разумеется, с молодой, хвалю ее, ободряю гостей (Дост.).

3. Употребление форм прошедшего времени в эмоциональной речи открывает еще большие возможности для усиления ее действенности. Очень оживляет повествование включение прошедшего времени совершенного вида в контекст будущего, что позволяет представить ожидаемые события как уже совершившиеся: Ну, в головы ты вылезешь, - кричит отец, - мундир на тебя, дубину, наденут. Надел ты, дурак, мундир, нацепил медали... А потом что? (Усп.), - или в контекст настоящего, когда действие оценивается как фрагмент повторяющейся ситуации: Хорошо, Никеша, в солдатах! Встал утром... Щи, каша... ходи! вытягивайся! Лошадь вычистил... ранец (С.-Щ.).

Возможно и разговорное употребление прошедшего времени совершенного и несовершенного вида в значении будущего или настоящего с яркой экспрессией презрительного отрицания или отказа: Так я и пошла за него замуж! (то есть ни за что не пойду за него!); Да ну, боялся я ее! (то есть не боюсь я ее!). В подобных случаях ироническая констатация действия означает, что на самом деле оно никогда не осуществится. Неадекватность формы и содержания таких конструкций и создает их яркую экспрессию.

Особая изобразительность прошедшего времени объясняется и тем, что в его арсенале, на периферии основной системы глагольных временных форм, есть такие, которые образно рисуют действия в прошлом, передавая их разнообразные оттенки. И хотя эти особые формы прошедшего времени носят нерегулярный характер, стилистическое их применение заслуживает внимания.

Выделяется ряд экспрессивных форм прошедшего времени. Им присуща преимущественно разговорная окраска, но основная их сфера - язык художественной литературы. Формы давнопрошедшего времени с суффиксами
-а-, -ва-, -ива (-ыва-) указывают на повторяемость и длительность действий в далеком прошлом: Бывало, писывала кровью она в альбомы нежных дев (П.). Писатели прошлого легко могли образовать подобные формы от самых различных глаголов (бранивал, кармливал, танцовывал). В современном русском языке сохранились немногие из этих форм: знавал, хаживал, едал, говаривал. Грамматическое значение форм давнопрошедшего времени может усиливаться сочетанием их с частицей бывало: Заснул тяжелым сном, как, бывало, сыпал в Гороховой улице (Гонч.).

Формы прошедшего времени мгновенно-произвольного действия: Поехал Симеон Петрович с пряжей в Москву, дорогой и заболей (М.-П.) - указывают на быстрое действие, совершившееся в прошлом, подчеркивая его внезапность и стремительность. В отличие от форм повелительного наклонения, которым совершенно чуждо значение времени, эти глагольные формы всегда указывают на время. Они могут употребляться в одном временном плане с формами настоящего-будущего времени в рассказе о событиях прошлого: Идет он с уздечкой на свое гумно... а ребята ему шутейно и скажи... (Шол.); Привели Татьяну, барыня и спрашивает: - Ты о чем? - А та с простоты и ляпни... (П. Бажов). Впечатление неожиданности, мгновенности действия усиливают присоединяемые к глаголу элементы возьми и, возьми да и, которые придают действию оттенок неподготовленности, а порой и неуместности: Приехала экскурсия, мы с Костей - это наш штурвальный - стали комбайн показывать, а кто-то возьми да и запусти мотор (Кав.).

К экспрессивным формам прошедшего времени относятся и глагольно-междометные формы внезапно-мгновенного действия со значением стремительного движения или звучания: прыг, бух, толк и др. Они носят разговорно-просторечную окраску: Окунь сорвался с крючка, запрыгал по траве к родной стихии и... бултых в воду! (Ч.)

Глаголы будущего времени обычно получают заряд экспрессии при переносном употреблении в иных временных планах.

Будущее совершенного вида может указывать на действия, обращенные к настоящему времени: Словечка в простоте не скажут - все с ужимкой (Гр.).

Глаголы будущего времени совершенного вида часто рисуют быстро сменяющиеся и повторяющиеся действия безотносительно к моменту речи: И бубен свой берет невеста молодая. И вот она, одной рукой кружа его над головой, то вдруг помчится легче птицы, то остановится - глядит... (Л.)

В сочетании с частицей как глагол в форме будущего времени совершенного вида, использованный в значении настоящего исторического, указывает на внезапное наступление действия, отличающегося особой интенсивностью: Достает Прохор Палыч «послание» и кладет на стол. Иван Иванович берется читать и... как захохочет! (Троеп.).

Будущее несовершенного вида уступает в выразительности формам, которые мы рассмотрели. Переносное его употребление может привести к возникновению абстрактного настоящего, имеющего обобщающий смысл: В литературе, как в жизни, нужно помнить одно правило, что человек будет тысячу раз раскаиваться в том, что говорил много, но никогда, что мало (Писар.). В иных случаях его образность обусловлена модальными оттенками, которые будущее время может получать в речи. Выступая в собственном значении будущего времени, глаголы несовершенного вида способны выражать оттенок готовности совершить действие: Целый день марабу будет дежурить у бойни, чтобы получить кусок мяса (Песков). Если заменить форму будущего времени формой настоящего (целый день дежурит), признак готовности у глагола исчезнет.

Другой возможный модальный оттенок будущего несовершенного - уверенность в совершении действия: Вернувшись из далекого путешествия, будешь хвастаться, рассказывать диковинные вещи (Сол.).

В переносном значении нередко употребляются и глагольные видовые формы. Так, глаголы, имеющие форму несовершенного вида, в тексте как бы замещают глаголы совершенного вида, обретая характерные для них значения. Ср.: Прихожу я вчера и узнаю. - Пришел я вчера и узнал; Завтра же уезжаем и расстаемся навсегда. - Уедем и расстанемся... В этих случаях глаголы несовершенного вида обозначают конкретный единичный факт.

Глаголы в русском языке характеризуются разнообразием форм, передающих различные видовые оттенки действия. Особенно выразительны глаголы совершенного вида. обозначающие одноактный способ действия, с суффиксом -ану-, имеющие просторечную окраску и выделяющиеся оттенком резкости, неожиданности и интенсивности действия: резануть; рубануть. Близкие к ним по значению, но лишенные просторечного оттенка глаголы совершенного вида с суффиксом -ну-: кольнуть, свистнуть, крикнуть, стукнуть - выделяются своим динамизмом и изобразительными возможностями.

Разговорный характер носят глаголы несовершенного вида прерывисто-смягчительного способа действия, образованные с помощью приставки по- и суффиксов -ва-, -ива- (-ыва-): повизгивать, позевывать, покрикивать.

Ряд способов действия выделяет особенно сильная экспрессивная окраска. Это прежде всего усилительный способ: разахаться, развоеваться, разоткровенничаться. Ему не уступает в экспрессии интенсивный способ действия, представленный несколькими группами глаголов, выражающих различные оттенки значения: загнать, заездить, закормить (эти глаголы указывают на результативность, которая иногда бывает осложнена оттенком такой полноты и интенсивности действия, что доводит объект до какого-то крайнего, выходящею из обычных границ состояния); убегаться, уходиться, уездиться (глаголы этой группы обозначают действие, которое вызывает усталость, бессилие субъекта); избегаться, изголодаться, исстрадаться (эти глаголы подчеркивают длительность, интенсивность и исчерпанность действия).

Экспрессивны и глаголы, обозначающие длительно-смягчительный способ действия: наигрывать, напевать, насвистывать. Они называют длительное и в то же время ослабленное, приглушенное действие и употребляются преимущественно в разговорном стиле.

Особый интерес вызывает использование видовых форм глагола в повелительном и сослагательном наклонении. В повелительном наклонении также возможна нейтрализация видового противопоставления глаголов: Сядь. - Садись; Зайдите! - Заходите! В таких случаях формы несовершенного вида имеют оттенок приглашения, а формы совершенного вида представляются более категоричным выражением побуждения, они означают скорее приказание, чем просьбу, ср.: Рассказывайте, рассказывайте, мы внимательно слушаем! - А ну, расскажи, как ты там жил в эти два года (М. Г.).

Для выражения совета с помощью сослагательного наклонения используется обычно несовершенный вид: Шла бы ты домой, Пенелопа! (шуточная песня); Молчали бы вы лучше. И только некоторые глаголы, означая желание, просьбу, употребляются в сослагательном наклонении преимущественно или исключительно в форме совершенного вида: вы попросили бы; ты сказал бы.

Особой гибкостью обладают и глагольные формы наклонения, которые также могут употребляться в переносных значениях. Так, форма повелительного наклонения в конструкциях, направленных к обобщенному лицу, означает невозможность действия: А попробуй скажи ему об этом. Куда там! (Троеп.); Жди от такого помощи, как же (Зал.). Эти конструкции выражают невозможность побуждения к действию.

Повелительное наклонение может означать вынужденную необходимость действия: У нее нет ни дома, ни родных. Хочешь не хочешь, а иди и слушай разговоры (Ч.). В подобных конструкциях отсутствует всякое побуждение.

Различные стилистические оттенки глаголам придают частицы, которые мы добавляем к формам повелительного наклонения. Так, известно, что добавление к форме повелительного наклонения постфикса -ка смягчает приказание: Посмотри-ка сюда! Однако этим не ограничивается стилистическая роль постфикса, он может придавать высказыванию оттенок интимности. Например, у Горького: Лексейка, боязно чего-то, поговори-ка ты со мной; иронии, насмешки: Нет, голубчик, иди-ка, иди! Я говорю - иди. В сочетании с формой повелительного наклонения, не имеющего, как правило, значения времени, постфикс -ка обычно указывает на действие, близкое к моменту речи: Дай-ка мне книгу!

Частица пускай, вовлекаемая в образование форм третьего лица повелительного наклонения, придает им разговорную окраску: пускай говорит, пускай все узнают. От нее стилистически отличается частица пусть, которая, наряду с частицей да, используется в пожеланиях, придавая речи торжественную окраску: Пусть всегда будет солнце... (Ош.); Да здравствует солнце, да скроется тьма! (П.).

Следует отметить особенность употребления вида глагола в повелительных предложениях при утверждении и отрицании. В побудительной конструкции совершенный вид глагола используется в утвердительном предложении и сменяется несовершенным видом - в отрицательном: Расскажите! - Не рассказывайте!; Принеси! - Не приноси!; Останьтесь! - Не оставайтесь!; Вызовите! - Не вызывайте! Если же употребить повелительное наклонение совершенного вида (не расскажите!), то оно выразит предостережение.

3.3.10.
Многообразие синтаксических конструкций

О богатстве русского синтаксиса можно судить по множеству вариантов для выражения одной и той же мысли. К примеру, такое эмоциональное высказывание: Учитель должен учить! Оно стилистически окрашено, потому что тавтологическое сочетание и интонация (в устной речи) придают этому предложению особую выразительность. Однако ее можно усилить, выбрав более эмоциональные синтаксические конструкции:

1. Обязанность учителя - учить...

2. Учитель должен быть у-чи-те-лем.

3. Учителю надо учить.

4. Ты учитель - и будь учителем.

5. Ты учитель - ты и учи!

6. Что же учителю и делать, как не учить!

7. Кому и учить, как не учителю?!

Все они выражают отношение говорящего к содержанию фразы: степень их интенсивности от первого предложения к последующим нарастает. Примеры 1-3 могут быть употреблены в книжных стилях; в 4-7-м предложениях выделяется яркая экспрессия, придающая им подчеркнуто разговорный характер.

Для русского языка характерна синонимия Предложение односоставноеодносоставных и Предложение двусоставноедвусоставных предложений. Покажем это на примерах.

Односоставные предложения

Двусоставные предложения

1. Знаю, выйдешь к вечеру за кольцо дорог, сядем в копны свежие... (Ес.)

Я знаю, ты выйдешь... Мы сядем в копны свежие...

2. Что новенького в газетах пишут? (Шол.)

Что новенького пишут газеты?

3. Жила я радостно, по-детски - проснешься утром и запоешь (Ч.)

... Я, бывало, просыпалась утром и пела...

4. Мне вздумалось сорвать этот репей (Л.Т.)

Я вздумал сорвать этот репей.

5. Все мне видится Павловск холмистый (А.А.)

Все я вижу Павловск холмистый.

6. Мне не жить без России (Пр.)

Я не могу жить без России.

7. Вот эта синяя тетрадь с моими детскими стихами (А.А.)

Вот передо мной лежит эта синяя тетрадь с моими детскими стихами.

8. Не спится, няня... (П.)

Я не могу уснуть, няня.

Нередко синонимичны и разные типы односоставных предложений, например определенно-личные - безличные: Дыши последней свободой (А.А.). - Надо дышать последней свободой; неопределенно-личные - безличные: Близким говорят правду. - Близким принято говорить правду; обобщенно-личные - безличные: Говори, да не заговаривайся (пословица). - Говорить можно, да не надо заговариваться; номинативные - безличные: Тишина. - Тихо; Озноб, лихорадка. - Знобит, лихорадит; инфинитивные - безличные: Не нагнать тебе бешеной тройки (Н.). - Невозможно нагнать тебе бешеную тройку.

Богатство вариантов создает широкие возможности для творческого отбора синтаксических конструкций. Причем синтаксические синонимы далеко не равноценны в стилистическом отношении.

Рассмотрим односоставные предложения.

Предложение определенно-личноеОпределенно-личные предложения (в сравнении с двусоставными) придают речи лаконизм, динамичность, не случайно этот тип односоставных предложений ценят поэты: Люблю тебя, Петра творенье! (П.); Всюду родимую Русь узнаю (Н.).

Определенно-личные предложения со сказуемым, выраженным формой 1-го лица множественного числа, используются и в научном стиле: Проведем прямую и обозначим на ней точку; Умножим это уравнение на х. В таких предложениях внимание сосредоточено на действии безотносительно к его производителю. Личная форма сказуемого активизирует читательское восприятие: автор как бы вовлекает читателя в решение поставленной проблемы (ср. безличную конструкцию: если провести прямую...).

Предложение неопределенно-личноеНеопределенно-личные предложения не имеют особых экспрессивных качеств, которые бы выделили их на фоне других односоставных предложений. Основная сфера употребления неопределенно-личных конструкций - разговорная речь: Стучат!; Продают клубнику; Говорят, говорят... - Ну и пусть говорят!

В неопределенно-личных предложениях подчеркивается действие: Подсудимых куда-то выводили и только что ввели назад (Л.Т.); Сейчас за вами придут (Сим.). Употребление таких предложений позволяет акцентировать внимание на глаголе-сказуемом, в то время как субъект действия отодвигается на задний план независимо от того, известен он говорящим или нет.

Предложение безличноеБезличные предложения нередко трансформируются в двусоставные или односоставные неопределенно- или определенно-личные. Ср.: Сегодня тает. - Снег тает; Следы засыпало снегом. - Следы засыпал снег; Метет. - Метет пурга; Хочется есть. - Я хочу есть; Где тебя носило? - Где ты был?; Следует уступать места старшим. - Уступайте места старшим; Полагается принимать лекарство. - Принимайте лекарство; Меня там не было. - Я там не был.

При возможности двоякого выражения мысли следует учитывать, что личные конструкции содержат элемент активности, проявления воли действующего лица, уверенности в совершении действия, тогда как безличным оборотам присущ оттенок пассивности, инертности.

Предложение инфинитивноеИнфинитивные предложения предоставляют значительные возможности для эмоционального и афористического выражения мысли: Чему быть, того не миновать (пословица); Кого любить, кому же верить? (Л.); Так держать! От судьбы не уйти. Они используются в пословицах, в художественной речи, эта конструкция приемлема даже для лозунгов: Работать без брака! Однако основная сфера их функционирования - разговорная речь: Сказать бы об этом сразу! А не вернуться ли нам? Берега не видать. Последняя конструкция, распространенная дополнением, имеет просторечную окраску. Экспрессивность препятствует использованию инфинитивных конструкций в книжных стилях.

Предложение номинативноеНоминативные предложения по сути своей как бы созданы для описания: в них заложены большие изобразительные возможности. Называя предметы, расцвечивая их определениями, литераторы рисуют картины природы, обстановку, описывают состояние героя, дают оценку окружающему миру: Золото холодное луны, запах олеандра и левкоя... (Ес.); Черный вечер, белый снег (Бл.); Вот оно, глупое счастье с белыми окнами в сад (Ес.). Однако подобные описания указывают лишь на бытие и не способны нарисовать развитие действия. Даже если номинативы - отглагольные существительные и с помощью их рисуется живая картина, то и в этом случае они позволяют запечатлеть одно мгновение, один кадр: Бой барабанный, клики, скрежет, гром пушек, топот, ржанье, стон... (П.); Смятенье! обморок! поспешность! гнев испуга!.. (Гр.) Линейное описание событий номинативными предложениями невозможно: они фиксируют только настоящее время.

Стилистические возможности русского синтаксиса расширяются и благодаря тому, что с полными предложениями могут успешно конкурировать Предложение неполноепредложения неполные, имеющие яркую экспрессивную окраску. Их стилистическое использование в речи определяет грамматическая природа этих предложений.

Неполные предложения, образующие Диалогическое единстводиалогические единства, создаются непосредственно в процессе живого общения: - Когда ты придешь? - Завтра. - Одна или с Виктором? - Конечно с Виктором. Из разговорной речи они проникают в художественную и публицистическую как характерная особенность диалога: - Прекрасный вечер, - начал он, - так тепло! Вы давно гуляете? - Нет, недавно (Т.).

Неполные предложения, представляющие собой части сложносочиненных и сложноподчиненных предложений, употребляются в книжных стилях, и прежде всего в научном: Считалось, что геометрия изучает величины сложные (непрерывные), а арифметика - дискретные числа.

Иными мотивами обусловлено предпочтение Предложение эллиптическоеэллиптическим предложениям (от греч. ellipsis - выпадение, опущение), то есть таким, в которых опущен какой-либо член предложения, легко восстанавливаемый из контекста. Они выступают как сильное средство эмоциональности речи. Сфера их применения - разговорная речь, однако они привлекают и писателей. Эллиптические конструкции придают описаниям особый динамизм: Я к ней, а он в меня раз из пистолета (Н.О.); К барьеру! (Ч.); Назад, домой, на родину... (А.Н. Т.)

Как видим, русский синтаксис предоставляет в наше распоряжение самые различные конструкции. Их нужно умело и уместно использовать в речи. И тогда она будет яркой, богатой.

3.4.
Правильность речи

3.4.1.
Лексическая сочетаемость

Для правильного употребления слов в речи недостаточно знать их точное значение, необходимо ещё учитывать особенности Лексическая сочетаемостьлексической сочетаемости, то есть их способность соединяться друг с другом. Так, «похожие» прилагательные длинный, длительный, долгий, долговременный, продолжительный по-разному «притягиваются» к существительным: длительный период, продолжительный период (но не длинный, долгий, долговременный период); долгий путь, длинный путь, продолжительные сборы, долговременный кредит. Нередко слова с одинаковым значением могут иметь разную лексическую сочетаемость (истинный друг - подлинный документ).

Соединение слов в словосочетания может наталкиваться на разного рода ограничения. Во-первых, слова могут не сочетаться из-за их смысловой несовместимости. Нельзя сказать фиолетовый апельсин, облокотился спиной, вода горит. Во-вторых, объединение слов в словосочетание может быть исключено в силу их грамматической природы (мой - плыть, близко - веселый). В-третьих, объединению слов могут препятствовать их лексические особенности. Так, принято говорить причинить горе, неприятности, но нельзя сказать причинить радость, удовольствие.

В зависимости от ограничений, регулирующих соединение слов, различают три типа сочетаемости: семантическую (от термина семантика - значение слова), грамматическую (точнее, синтаксическую) и лексическую.

Семантическая сочетаемость нарушена, например, в таком случае: Учитель предложил нам написать контрольную работу устно. При нарушении сочетаемости в иных случаях возникает нежелательный подспудный смысл: Например: Необходимо ускорить урегулирование кровопролития; Наблюдается чудовищное улучшение условий жизни народа.

В выступлениях ораторов часто наблюдается нарушение лексической сочетаемости: Голос цифр неутешителен; В недалеком прошлом (в недавнем) у нас всем зажимали языки.

Нарушение лексической сочетаемости может быть продиктовано сознательным стремлением говорящего (пишущего) удивить слушателей (читателей) необычным соединением слов. Тогда несочетаемость становится средством создания комического звучания речи. Множество ярких примеров сознательного нарушения лексической сочетаемости находим у Ильф И.Ильфа и Петров Е.Петрова: Александр Иванович Корейко был в последнем приступе молодости - ему было 38 лет; Комиссия, увешанная бородами, прибыла в артель «Реванш».

Нарушение лексической сочетаемости как яркий стилистический прием создания комического эффекта лежит в основе различных шуток: Мы потерпели победу и больше не вправе медлить; Достигли зияющих вершин; Гения признали заживо; Трудно прощать чужие недостатки, но еще труднее прощать чужие достоинства.

3.4.2.
Правильное употребление фразеологизмов

Особого внимания требует употребление в речи Фразеологизмыфразеологизмов, то есть сложных по составу языковых единиц, имеющих устойчивый характер (ломать голову, сгущать краски, кот наплакал, вверх тормашками). Многие фразеологизмы можно заменить одним словом: раскинуть умом - подумать, кот наплакал - мало, пятое колесо в телеге - лишний.

Для фразеологизмов характерно постоянство состава. Никому не придет в голову вместо кот наплакал сказать «кошка наплакала», вместо раскинуть умом - «разбросить умом» или «раскинуть головой».

Большинство фразеологизмов не допускает включения новых слов. Так, есть фразеологизмы потупить голову, потупить взор, но нельзя сказать: низко потупить голову, еще ниже потупить печальный взор.

Фразеологизмам присуща устойчивость грамматического строения, в них обычно не меняются формы слов. Нельзя сказать бить баклушу, вытачивать лясу, заменив формы множественного числа баклуши, лясы формами единственного числа.

Большинство фразеологизмов имеет строго закрепленный порядок слов. Например, нельзя поменять местами слова в выражениях ни свет ни заря; все течет, все изменяется, хотя смысл, казалось бы, не пострадал бы, если бы мы сказали: Все изменяется, все течет.

Главное условие правильности речи - употребление фразеологизмов в соответствии с их точным значением. Недопустимо искажение смысла устойчивых сочетаний. Такие ошибки делают плохие ораторы. Например, на традиционном празднике «последнего звонка» в одном институте первокурсник свое выступление начал довольно странно: Сегодня мы провожаем в последний путь своих старших товарищей... А рассказывая о веселом выпускном вечере, юноша заметил: Мы спели свою лебединую песню и долго танцевали. Фразеологизмы, как правило, употребляются в образном значении, однако в некоторых случаях содержание речи подсказывает их неправильное толкование, например: В этом году Аэрофлоту удалось удержать поток пассажиров на высоком уровне; Авиаторы на своих крыльях всегда вовремя приходят на помощь (ходят на крыльях?).

Невнимательные к своей речи ораторы и авторы чаще всего искажают состав фразеологизмов. При этом ошибочно вставляют в устойчивые сочетания лишние слова, например: Писатель идет в одну ногу со своим временем; Главным гвоздем программы на этом вечере было выступление фокусника. Недопустимо смешение (контаминация) фразеологизмов, например: Здесь собрался узкий круг ограниченных людей (узкий круг, ограниченный круг людей); Его поймали на честном слове (поймали на слове, честное слово).

Не может быть оправдано и сокращение фразеологизмов, однако иногда их приводят неточно, опуская то или иное слово. Например, говорят: это усугубляющее обстоятельство (вместо усугубляющее вину обстоятельство). Ошибочно усеченные фразеологизмы теряют смысл, употребление их в речи может приводить к абсурдности высказывания: Успехи этого ученика желают лучшего (вместо оставляют желать лучшего); Тренер Вильямсон сделал хорошую мину (опущено: при плохой игре).

Нередко происходит искажение лексического состава фразеологизмов: Не мудрствуя долго (вместо лукаво). Ложные ассоциации иногда порождают смешные и нелепые ошибки: Вот поди разберись, кто из них прячет топор за пазухой (держит камень за пазухой); Чем дальше в лес, тем больше щепки летят; Это дело гроша выеденного не стоит.

Изменение состава фразеологизма может быть вызвано обновлением грамматических форм, например: Дети заморили червячков и развеселились (нельзя использовать множественное число вместо единственного во фразеологизме заморить червячка); Голова ее убелена сединой (вместо сединами); Был он не из робкой десятки (робкого десятка).

В составе фразеологизмов нельзя допускать искажения предлогов: Он никогда не думал, что эти слова сбудутся в его судьбе с полной мерой (вместо в полной мере). Некоторым фразеологизмам «не везет» - в них то и дело заменяют предлоги: ставить точки на и (вместо над и); семи пядей на лбу (во лбу). Неправильный выбор падежных форм и предлогов в фразеологизмах порождает такие «странные» ошибки: скрепя сердцем, власти придержащие, скатерть ему на дорогу, в голове идет кругом. Чтобы избежать подобных ошибок, почаще заглядывайте в фразеологические словари!

3.4.3.
Грамматическая правильность речи

3.4.3.1.
Вариантные формы имени существительного

Грамматическая правильность речи состоит в верном употреблении окончаний и суффиксов, у которых есть варианты. Например, кондуктор - кондукторша, зал - зала - зало. В первом примере форма женского рода употребляется лишь в разговорной речи, в книжных стилях она неуместна; из трех последних примеров только существительное мужского рода используется в современном русском языке, формы женского и среднего рода устарели. Это свидетельствует о том, что с развитием языка меняется стилистическая оценка некоторых форм. Рассмотрим более подробно вариантные окончания различных частей речи.

Стилистические варианты появляются в формах рода некоторых существительных. Как сказать больная мозоль или больной мозоль, правая туфля или правый туфель? В литературном языке эти существительные женского рода. В русском языке есть немало существительных с неустойчивой формой рода, которые заставят нас задуматься.

Есть существительные, у которых разные формы рода сосуществуют, не различаясь стилистически: жираф - жирафа; вольер - вольера, лангуст - лангуста. От них отличаются существительные, у которых одна из параллельных форм архаизовалась: санаторий - санатория; фильм - фильма. Вышедшие из употребления варианты теперь отсутствуют в словарях или даются с пометой (устар.).

Особого внимания требуют существительные, у которых родовые варианты отличаются стилистической окраской: рельс - рельса (прост.); туфля - туфель (прост.); метаморфоза - метаморфоз (спец.); повидло - повидла (диал.). Нарушение литературной нормы может стать средством речевой характеристики героя: Зараз в один секунд кончаю, товарищ Нагульнов! Обожди, не подымай оружию (Шол.).

В некоторых случаях разные формы рода отличаются по значению, например: гарнитур (мебели, белья) - гарнитура (шрифтов), жар (в теле, в печке) - жара (зной), занавес (театральный) - занавесь (занавеска).

Особые трудности вызывает определение рода несклоняемых существительных иноязычного происхождения. К мужскому роду следует относить все несклоняемые одушевленные существительные: кенгуру, какаду, шимпанзе, однако, если контекст указывает на самку, они могут быть употреблены и как существительные женского рода: Кенгуру несла в сумке детеныша. Неодушевленные несклоняемые существительные должны быть отнесены к среднему роду: депо, кашне, кино, такси. Но следует отметить, что такое деление не охватывает всех случаев употребления заимствованных несклоняемых существительных. Есть немало слов женского рода: авеню, бери-бери, солями, колибри, иваси, кольраби, цеце. Кроме того, общему правилу не подчиняются многие существительные, которые осознаются как слова мужского рода благодаря их семантической близости к синонимам или родовым наименованиям мужского рода: арго (жаргон), антраша (прыжок), банджо (инструмент), бенгали (язык), пенальти (удар), сирокко (ветер), эмбарго (запрет).

При употреблении несклоняемых иноязычных существительных, обозначающих лиц, форма рода должна строго соответствовать полу - милая леди, утомленный кули, веселый кабальеро, юная мисс. Как двуродовые выступают слова визави, протеже, инкогнито: Мой (моя) визави оказался (оказалась) веселым спутником (веселой спутницей). Употребление личных несклоняемых существительных в форме среднего рода порождает комизм: Это бы еще ничего, - инкогнито проклятое (Г.).

У некоторых авторов изменение форм рода становится юмористическим приемом. Например у В. Маяковского: усатый нянь, у Ильфа и Петрова: три «нимфа». Однако чаще случайное изменение рода имен существительных становится причиной неуместного комизма, например в речи диктора: Его величество (об испанском короле) посетило нашу страну в 1997 году.

Формы числа имен существительные также заслуживают стилистического комментария.

Существительные единственного числа могут употребляться в собирательном значении, и тогда они указывают на множество предметов: К нему (анчару) и птица не летит, и тигр нейдет (П.); Всякого зверя и в степях и в лесах было невероятное количество (Акс.).

Существительные единственного числа в обобщенно-собирательном значении часто встречаются в заголовках газетных и журнальных статей, в названиях рубрик; «Для чего человек учится?», «Через сердце художника», «Читатель предлагает».

Встречается и дистрибутивное употребление формы единственного числа существительных, указывающее на то, что названный предмет относится к нескольким лицам или предметам: Бунтовщики потупили голову; Повелено брить им бороду (П.). Такая замена единственным числом множественного вполне допустима. Форма множественного числа может указывать не только на множество предметов, но и на один, выделяя его, однако, особой экспрессией: Вы тут обедали, а нас по милициям водили (Мак.) - речь идет об одном отделении милиции. Подобное экспрессивное употребление множественного числа характерно и для живой разговорной речи: Чему вас только в институтах учат!; Нет у меня времени по театрам расхаживать.

Формы единственного и множественного числа в современном русском языке часто варьируются: До горизонта желтел песок пустыни. - До горизонта желтели пески пустыни. Экспрессивному употреблению множественного числа во втором примере можно противопоставить чисто информативное, не допускающее вариантов: В углу двора насыпан песок.

Множественное число отвлеченных существительных подчеркивает интенсивность действия, силу проявления признака: морозы, холода, ветры; придает им особую значимость: А зимних праздников блестящие тревоги (П.); Зима пиршествует. Нет конца ее великолепьям и щедротам (Инб.).

Отвлеченные существительные во множественном числе нередко указывают на конкретные проявления качеств, действий: Он стал перечислять красоты родной страны (Каз.). Существительные, обозначающие эмоции, настроения, ощущения, во множественном числе получают оттенок конкретности и интенсивности проявления чувства: ужасы войны, радости и печали первой любви.

Некоторые существительные в современном русском языке изменили форму числа, ср.: Позвольте вас попросить расположиться в этих креслах (Г.).

Варианты падежных окончаний существительных вызывают особые трудности при выборе правильной формы.

Развитие русского склонения представляет собой живой, активный процесс. Это приводит к появлению вариантных окончаний. От основных окончаний они отличаются тем, что встречаются лишь в небольших разрядах слов или в отдельных словах. Вариантные окончания могут иметь особые оттенки в значении падежной формы: В лесу раздавался топор дровосека (Н.) - окончание указывает на место действия. Но: Актер прославился исполнением главной роли в «Лесе» Островского - окончание указывает на объект. В иных случаях вариантные окончания могут отличаться стилистической окраской: клапаны <общеупотр.> - клапана <спец.>; в отпуске <лит.> - в отпуску <разг.>.

Наибольший стилистический интерес вызывают те вариантные формы, у которых развились разнообразные стилистические оттенки. В этом отношении ведущая роль в русском языке принадлежит именительному падежу множественного числа существительных. В этой форме наряду с традиционным окончанием
() широко используется новое - (), и для большого количества слов оно стало уже основным: профессора, директора, тополя и др. Формами на () богаты профессиональная речь и просторечие. Вспомним слова из песни В. Высоцкого: Мы говорим не штормы, а шторма... Ветра - не ветры - сводят нас с ума. Составители словарей обычно указывают на закрепление таких форм в профессиональной речи.

Другой «горячей точкой» склонения имен существительных является родительный падеж множественного числа, дающий простор разговорным формам. Наиболее активно конкурируют в речи окончания нулевое и -ов, реже - нулевое и -ей. Они получают разговорную окраску в парах: несколько апельсин - апельсинов, гектар - гектаров, грамм - граммов, килограмм - килограммов, мандарин - мандаринов, носок - носков, помидор - помидоров. В этих парах окончание -ов стало нормой. Литературно правильны также и вторые слова в парах: доль - долей, дядь - дядей, тёть - тётей, ясель - яслей. Некоторые варианты этого падежа ярхаизовались: свеч (при современном свечей) - игра не стоит свеч.

Без стилистических помет обычно даются в словарях варианты родительного падежа единственного числа существительных мужского рода: Из темного леса навстречу ему идет вдохновенный кудесник (П.): Я из лесу вышел, был сильный мороз (Н.). Стабильно сохраняют окончание в этой форме вещественные существительные со значением уменьшительности, употребление которых возможно лишь в разговорной речи: - Ну, тогда я вам положу медку; Нам бы бензинчику... и т.д.

Стилистического комментария требует и склонение имен собственных, допускающее в современном русском языке вариантные формы. Нерусские имена: Ирен, Мери, Пабло, Анри; многие иноязычные фамилии: Гёте, Данте, Гюго, Золя, Шоу, а также славянские: Войниченко, Короленко, Добраго, Дурново; женские фамилии на согласный: Войнич, Сенкевич - не склоняются. Однако в XIX в. говорили: встречался с Шевченком и с Шевченкой, Коваленки, к Коваленкам; произведения Жоржа Сайда (склоняя женский псевдоним) и т.п. Отголоски этих колебаний влияют и на современное употребление таких существительных. В разговорной речи можно встретить, например, склоняемые формы украинских фамилий на -ко. Нередки и случаи употребления фамилий типа Маринич без изменения в применении к мужчинам (у студента Маринич), с чем, конечно, согласиться нельзя.

Значительные разночтения наблюдаются в употреблении падежных форм некоторых географических названий. Все русские слова должны склоняться, однако в последние десятилетия все чаще употребляются в начальной форме географические наименования на -о: в Одинцово, под Усово, из Голицыно (ср.: Я нынешний год проживаю опять в уже классическом Пушкино - М.). Эта тенденция отражает влияние книжных стилей: вначале несклоняемые формы употреблялись географами и военными, для которых важно было дать названия в исходной, номинативной форме, чтобы не спутать слова без окончания: город Киров - Кирова, Пушкин - Пушкино. Но у русских классиков мы находим только склоняемые формы: В селе Горюхине (П.); В деревню Дюевку (Ч.); В Ястрибине завтра ярмарка (Бун.).

Стилистически оправдано употребление в начальной форме лишь нерусских малоизвестных географических наименований: Асуль, Дырях, Багио, Варгаши, Карагайлы и т.п.

Варианты склоняемых-несклоняемых имен существительных в русском языке появляются и при употреблении аббревиатур. В момент освоения их языком (когда новое слово, образованное путем сложения начальных звуков или букв сложного наименования, сохраняет еще оттенок свежести) аббревиатуры, как правило, не склоняются. Так, известное специалистам с 30-х годов слово БАМ вначале не склонялось: Транссибирская железная дорога будет соединяться с БАМ тремя линиями. Однако со временем многие аббревиатуры уподобляются обычным существительным и начинают изменяться по падежам: Погода нелетная, а меня ждут на БАМе (из газет).

Стилистический интерес представляют такие аббревиатуры, которые употребляются двояко: в разговорной речи склоняются, а в книжной используются как неизменяемые: Она работает в МИДе, Представитель МИД РФ заявил... Склоняемые варианты подобных аббревиатур имеют разговорную окраску в отличие от книжных, неизменяемых; ср.: работает в ТАССе - по заявлению ИТАР-ТАСС. Однако норма остается жесткой в отношении аббревиатур с гласными на конце: ГАИ, МИМО и тех, которые произносятся по названиям букв: СНГ, ЖКХ (жилищно-коммунальное хозяйство), РКЦ (расчетно-кассовый центр) - их склонение недопустимо.

3.4.3.2.
Вариантные формы имени прилагательного

При употреблении имен прилагательных приходится выбирать варианты кратких форм. Как написать? - Аркадию Кирсанову свойственен (или свойствен) лиризм; Этот призыв своевремен (или своевременен); Этот человек невежествен (или невежественен)? Даже составители толковых словарей по-разному оценивают некоторые из этих форм - то как допустимые, то как устаревшие.

У писателей прошлого встречаются и краткие прилагательные на -нен, и формы на -енен. Однако в связи со стремлением говорящих к «экономии речевых средств» для современного языка следует считать оправданными более короткие формы: бездействен, безнравствен, беспочвен, бессмыслен, бесчувствен, величествен, воинствен, двусмыслен, единствен, естествен, злокачествен, искусствен, легкомыслен, медлен, многочислен, могуществен, мужествен, невежествен, ответствен, подведомствен, посредствен, родстдвен, свойствен, соответствен, существен, таинствен, тождествен, торжествен, явствен.

Следует учитывать стилистические особенности простых и сложных форм степеней сравнения прилагательных. Это наглядно показывает таблица.

Форма степеней сравнения  Стиль речи  
книжный  общеупотребительный  разговорный 
Сравнительная более (менее) трудный труднейший, труднее потруднее  
Превосходная наитруднейший наиболее (наименее) трудный самый трудный, труднее всех    

Сложная форма сравнительной степени используется вместо простой при существительных, стоящих в косвенных падежах: занят более важной работой (нельзя сказать работой важнее, возможна лишь разговорная форма - работой поважнее), в более трудных случаях, с менее удачным результатом, от более осведомленного лица и т.п.

При употреблении форм сравнительной степени прилагательных просторечную окраску имеют сочетания: более лучший, более худший, менее предпочтительнее, а также превосходной - самый сладчайший, наиболее выгоднейший. Считаются допустимыми лишь плеонастические сочетания: самый ближайший путь, самая кратчайшая дорога, самым теснейшим образом связаны. У писателей можно встретить необычные формы для выражения высшей степени качества: человек преостроумнейший (С.-Щ.); Поедем, душа! Разведи там на могиле какую-нибудь мантифолию поцицеронистей, а уж какое спасибо получишь! (Ч.). Однако в серьезном тексте, в выступлении оратора подобные формы окажутся неуместными.

3.4.4.
Вариантные формы имени числительного

Имя числительное встречается в речи значительно реже, чем имена существительные и прилагательные. И все же предупредим некоторые ошибки, возникающие при неумелом названии чисел.

Часто неправильно склоняют числительные. Как прочитать или написать, например, в словесном выражении такие цифры - 300 шагами дальше; с 1508 рублями? Многие напишут: триста шагами, а надо - тремястами шагами дальше. Второй пример еще сложнее, так как возможны варианты: с тысячью пятьюстами восемью рублями, с тысячей пятисот восьмью рублей, с тысяча пятьсот восьмью рублями (два последних нелитературные).

Ошибки в склонении числительных особенно часто встречаются в устной речи: Этим лицам разрешено совместительство, лишь бы общая сумма не превышала триста рублей (надо: трехсот); Самодеятельных духовых оркестров в нашей республике более полуторасот (следует: полутораста); На четырехсот шестидесяти избирательных участках все подготовлено ко встрече с избирателями (правильно: на четырехстах шестидесяти).

Наблюдается смешение основ мужского и женского рода числительного оба - обе: При выводе уравнения мы приняли, что в обоих системах отсчета размер световых часов одинаков (следует: в обеих).

В отличие от количественных числительных, требующих склонения каждого слова, порядковые числительные изменяются иначе. Сравните: расстояние в тысячу семь метров - Грамота написана в тысяча триста седьмом году. В порядковом числительном, указывающем дату, склоняется только последнее слово.

Особые трудности возникают при употреблении собирательных числительных (двое, трое, четверо и т.д.). Иногда по ошибке собирательные числительные соединяются с существительными женского рода: Четверым ученицам сделано замечание (следует: четырём ученицам).

Не единичны ошибки в падежной форме существительно то в словосочетаниях, обозначающих даты, в которых числительное всегда должно управлять родительным падежом второго слова: Администрация обещает ликвидировать задолжность по зарплате к 15 декабрю (вместо: декабря); письмо датировано двадцать третьим декабрем 1943 годом (следовало: 23 декабря 1943 года).

В систему числительных вовлекаются счетные существительные, однако употребление их в речи не всегда, уместно - они вносят нежелательную просторечную окраску в текст: В интернате работает только пара кранов (два ... крана); Грамоту вручили старейшему педагогу Анне Федоровне Голубовой, которой исполнилось восемь десятков (которая отметила свой 80-летний юбилей).

Варианты падежных окончаний числительных возникают в результате непоследовательного отражения ими категории одушевленности. Слова два, три, четыре, употребленные с одушевленными существительными, имеют форму винительного падежа, сходную с родительным: встретил двух друзей и трех подруг, проконсультировал четырех студентов (ср.: прочитал два тома, три страницы, четыре стихотворения).

При употреблении составных числительных с одушевленными существительными литературной норме соответствует конструкция, не отражающая категорию одушевленности: зарегистрировать двадцать три депутата; разговорный характер имеет конструкция разместить в гостинице двадцать трех человек.

3.4.4.1.
Вариантные формы местоимения

При употреблении местоимений не возникает особых трудностей с выбором вариантных форм. Стилистически равноправны варианты внутри их - внутри них, хотя в иных случаях добавление начального н к личным местоимениям, употребленным с предлогами, подчиняется строгим правилам.

В современном русском языке звук н добавляется к личным местоимениям, употребленным после всех простых предлогов (без, в, для, до, за, из, к, над, о, от, по, под, перед, при, про, с, у, через): без него, через нее, а также ряда наречных предлогов (возле, вокруг, впереди, мимо, напротив, около, после, посреди, сзади): после него, мимо нее.

Не добавляется начальное н при сочетании этих местоимений с наречными предлогами, требующими дательного падежа (благодаря, согласно, наперекор, вслед, навстречу, соответственно, подобно): благодаря ему, ей. Не требуют после себя вставки н и отыменные предлоги (наподобие его, со стороны его и др.).

После сравнительной степени прилагательных и наречий местоимения 3-го лица употребляются без начального н (моложе ее, лучше его, выше их).

Винительный падеж определительного местоимения сама имеет две формы: самоё (книжная форма) и саму (разговорная форма): Поддерживают саму (самую) идею переноса срока выборов; Саму хозяйку я не видел; Её самоё это не волнует. Форма самоё архаизуется.

Употребляя местоимения, следует помнить о том, что они могут внести неясность в смысл высказывания. Например: Катерина не могла ужиться с Кабанихой, она не принимала ее жизненной позиции (кто? Катерина или Кабаниха? Чьей позиции?).

3.4.4.2.
Вариантные формы глагола

В системе глагольного словоизменения существует множество вариантов. В соответствии с современной нормой инфинитив глаголов с основой на с, з имеет окончание -ти: брести, плести, цвести. В XIX в. широко использовались и усеченные формы: Вот вас бы с тетушкою свесть; Не смею моего сужденья произнесть (Гр.). Мы воспринимаем их как устаревшие.

В глагольных парах видеть - видать, слышать - слыхать вторые имеют разговорную окраску: Если нынче ночью Бэла не будет здесь, то не видать тебе коня (Л.).

Из двух вариантов свистеть - свистать второй может в контексте получать стилистическую окраску (Свистать всех наверх!) и тогда употребляется в профессиональной речи; в иных случаях эта же форма употребляется в переносном значении - «бить с силой»: так и свищет кровь (Л.Т.).

Из вариантов поднимать - подымать второй имеет разговорную окраску: Цыганы... подымали им (лошадям) ноги и хвосты, кричали, бранились (Т.). Из вариантов мучиться - мучатъся (мучаюсь, мучаешься, мучается и т.д.) второй - просторечный. Противопоставлены вариантные формы приставочных глаголов с суффиксом -ну- и без него: иссохнул - иссох, исчезнул - исчез, вымокнул - вымок, возникнул - возник, стихнул - стих. Первые вышли из употребления.

Этот же процесс (выпадение суффикса -ну-) проявляется и в образовании форм причастий от соответствующих глаголов: в причастиях от глаголов с приставками, как правило, суффикс отсутствует: промерзший, оглохший, размякший.

Явлением аналогии объясняется возникновение множества вариантов личных форм глаголов в изъявительном наклонении настоящего-будущего времени у ряда глаголов типа брызгать, двигаться, капать, мурлыкать, полоскать (около 40 словоформ), образующих вариантные формы: брызжет - брызгает, движется - двигается, каплет - капает, мурлычет - мурлыкает, полощет - полоскает. В их числе следует выделить две группы глаголов.

1. Глаголы, которые закрепились в современном языке с различными оттенками значений, не получив особых стилистических отличий. Например, форма брызжет употребляется в прямом значении («быстро рассеивает мелкие частицы жидкости»): брызжут слезы, (дождь, водопад, фонтан) и в переносном: брызжет смех (счастье, молодость). Вариант же брызгает используется только в узком конкретном значении («опрыскивать что-нибудь жидкостью»): брызгает водой цветы.

2. Вариантные формы глаголов настоящего-будущего времени стилистически противопоставлены (около 30 пар): нейтральны колеблет, машет, пашет, плещет, полощет, рыщет, сыплет, треплет, хнычет, щиплет; соответственно: машу, пашу, маши, паши; машущий, пашущий и т.д., а их варианты стилистически снижены - <прост.> плескаю, <разг.> махаю, пахаю, полоскаю, рыскаю, сыпешь, сыпет, трепаю, трепешъ, хныкаю, хлестаю, щипаю.

Некоторые глагольные формы не выделяются столь определенно по своей стилистической окраске, но все же используются преимущественно в разговорной речи: мерять - меряю, меряешь, меряет, меряют; лазать - лазаю, лазаешь и т.д., а их варианты - в книжной: мерить - мерю, меришь, мерит, мерят; лазить - лажу, лазишь и т.д.

Ряд непродуктивных глаголов на -еть: выздороветь, опротиветь, опостылеть - в разговорной речи употребляются в форме: выздоровлю, опостылю, опротивлю, выздоровят и т.д., хотя более правильны их варианты выздоровею, опостылею, опротивею.

Немало вариантов известно в форме 1-го лица у глаголов с основой на согласные д, т, з, с, требующие чередования: лизать - лижу, колесить - колешу, насадить - насажу, прекратить - прекращу. Отступления от литературных форм, возникающие при образовании 1-го лица без чередования, носят резко сниженный характер: вылазить - <прост.> вылазию; ездить - <прост.> ездию, а также <разг.> пылесосю.

От многих глаголов нельзя образовать форму 1-го лица: победить, убедить, очутиться, чудить, чудесить, дудеть, угораздить и др. Однако это явление «недостаточного спряжения» в просторечий преодолевается, и необычные для слуха личные формы глагола иногда употребляются; ср. в шутливой песне В. Высоцкого: Чуду-Юду я и так победю.

Глаголы, имеющие в инфинитиве -чь: жечь, течь, печь (всего 16 словоформ), образуют вариантные формы 3-го лица единственного числа: наряду с литературными: жжёт, течёт, печёт - просторечные: жгёт, текёт, пекёт.

Контрастирующие по стилистической окраске варианты образуют глаголы и в повелительном наклонении. В парах слов: ляг - ляжъ (ляжьте), беги - бежи (бежите), не тронь - не трожъ, погоди - погодь, выйди - выдь, выложи - выложь - первые литературные, вторые просторечные. Ряд вариантов имеет помету
<разг.>: выверь, выдвинь, вычисть, нянчь, порть, чисть и др. при литературных формах: вывери, выдвини, вычисти, чисти и др.

Стилистически выделяются как специальные усеченные формы повелительного наклонения возвратных глаголов в приказах (среди военных, туристов): Равняйсь! По порядку номеров рассчитайсъ! Такие варианты используются лишь в устной речи.

Отдельные глаголы не имеют форм повелительного наклонения: хотеть, мочь, видеть, слышать, ехать, жаждать, гнить и др. Употреблявшиеся в XIX веке старославянские формы виждь, внемли архаизовались; просторечные варианты не моги, ехай остаются за пределами литературной нормы, форма езжай носит разговорный характер. Литературная форма поезжай, а также формы, образованные от глаголов слушать, смотреть - слушай (-те), смотри (-те).

Источником вариативности глагольного формообразования являются и видовые пары типа обусловить - обусловливать, обуславливать (свыше 20 глаголов). Некоторые из них, как и приведенные выше, стилистически равноценны и поэтому не выделяются пометами в словарях, дающих оба варианта. Однако большинство вариантов противопоставлено как устаревшие и современные: дотрагиваться - дотрагиваться, заготавливать &nbso;– заготавливать, задабривать - задабриватъ, оспаривать - оспаривать (ср.: для Пушкина первая была еще обычной: И не оспаривай глупца).

Варьируют и некоторые глаголы с суффиксами -изирова-, -изова-: стандартизировать - стандартизовать, колонизировать - колонизовать. Соотношение их в русском языке исторически менялось, у ряда глаголов варианты с суффиксом -изирова- архаизовались и теперь используются только более короткие: локализовать, мобилизовать, материализовать, нормализовать, парализовать. У иных же варианты с суффиксом -изова- устарели: канонизовать, конкретизоватъ. С суффиксом -изирова- закрепились глаголы: иронизировать, симпатизировать, гипнотизировать и др.

Ряд глаголов, имеющих особенности в словообразовании, образуют синонимические пары, отличные в стилистическом отношении. Так, глаголы типа зеленеет - зеленеется (в значении «выделяться своим зеленым цветом») отличаются разговорным оттенком второго; ср.: И ель сквозь иней зеленеет, и речка подо льдом блестит (П.); Под большим шатром голубых небес вижу - даль степей зеленеется (Кольц.).

Синонимичны и пары звонить - звониться, стучать - стучаться, грозить - грозиться, но возвратные указывают на большую интенсивность действия, к тому же они имеют разговорный или просторечный оттенок.

Из вариантных форм причастий забредший - забрёвший, приобретший - приобрёвший, приплетший - приплёвший в современном литературном языке закерпились первые. Из вариантов деепричастий взяв - взявши, встретив - встретивши формы на -вши устарели.

3.4.4.3.
Порядок слов в предложении

Правильность речи во многом зависит от расположения слов в предложении. Неудачный порядок слов может исказить или затемнить смысл высказывания. Например, услышав фразу: Село кормит озеро, мы выразим недоумение: разве озеро нужно кормить? Видимо, озеро кормит село (то есть жители села промышляют рыбной ловлей). Мы привыкли, что в подобных конструкциях на первом месте стоит подлежащее.

Характерное для современного русского языка расположение членов предложения закрепилось не сразу. Вспомните тяжеловесные фразы в сочинениях М.В. Ломоносова, в поэзии Г.Р. Державина. Их синтаксис еще сохранял следы влияния латинонемецких конструкций, весьма далеких от русской разговорной речи. Неудивительно, что замечательный реформатор русского литературного языка Н.М. Карамзин провозгласил принцип: «Писать, как говорим, и говорить, как пишем». Карамзин немало потрудился над разработкой порядка слов в предложении и дал образец двух конструкций, типичных для русского языка: Колокольчик зазвенел, лошади тронулись (подлежащее стоит на первом месте, то есть препозитивно, а сказуемое постпозитивно) и Светит солнце; Наступила осень; Идет дождь (препозитивно сказуемое). Обе конструкции отражают прямой порядок слов, однако их стилистическое применение различно. Предложения первого типа используются чаще в повествовании:

Мы плыли довольно медленно. Старик с трудом выдергивал из вязкой тины свой длинный шест... Наконец мы добрались до тростников, и пошла потеха. Утки шумно поднимались, «срывались» с пруда, испуганные нашим неожиданным появлением в их владениях, выстрелы дружно раздавались вслед за ними... Эти кургузые птицы кувыркались на воздухе, тяжело шлепались об воду... Легко подраненные ныряли... [Т.].

Эти конструкции живо передают движение, развитие действия, как нельзя лучше отражая динамику событий.

Предложения же с препозитивным сказуемым употребляются при описании обстановки, какого-либо предмета, пейзажа:

Был прекрасный июльский день... Весело и величаво, словно взлетая, поднимается могучее светило. Около полудня обыкновенно появляется множество круглых высоких облаков... Кое-где протянутся сверху вниз голубоватые полосы: то сеется едва заметный дождь... На всем лежит печать какой-то трогательной кротости... [Т.].

Такой порядок слов характерен для эпического, спокойного тона речи, для создания статических картин.

Обычно препозитивно сказуемое в вопросительных и восклицательных предложениях: Знаете ли вы об этом?; Какое приятное занятие эти танцы! (Остр.).

Определяя место второстепенных членов предложения, следует иметь в виду, что предложение обычно строится из словосочетаний, в которых согласуемые слова предшествуют стержневому слову, а управляемые следуют за ним.

Охарактеризуем порядок слов в словосочетаниях, которые наиболее часто используются в русских конструкциях.

I. В сочетаниях имен существительных с прилагательными последние обычно препозитивны: хороший человек, веселая прогулка. Постпозитивное прилагательное выделяется по смыслу и часто подчеркивается интонацией: Здесь вы встретите бакенбарды единственные, пропущенные с необыкновенным и изумительным искусством под галстук... Здесь вы встретите усы чудные, никаким пером, никакою кистью не изобразимые... Здесь вы встретите улыбку единственную, улыбку - верх искусства (Г.).

Если в предложении нарушается целостность словосочетания и прилагательное отделяется от существительного глаголом, то это обычно стилистически обосновано. Такое прилагательное всегда подчеркнуто, усилено. Например: Скука меня томила страшная (Т.); Ранний перепадал снежок (Шол.); Невидимый звенел жаворонок (Наг.). В таких случаях говорят об Инверсияинверсии - то есть о стилистическом приеме, состоящем в намеренном изменении обычного порядка слов с целью эмоционального, смыслового выделения какой-либо части высказывания.

II. В словосочетаниях из двух существительных зависимое слово, как правило, постпозитивно: любовь матери, прогулка при луне, путь к победе. Но слово, указывающее на внешний вид, размер, цвет и другие свойства предмета, может быть и препозитивно, выступая всегда в сочетании с прилагательным: [Собакевич] ... ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя (Г.).

III. В словосочетаниях со стержневым словом-прилагательным на первом месте обычно стоит наречие: очень добрый, смертельно бледный, неправдоподобно большой. Такое же положение занимает и существительное, указывающее на качественный признак прилагательного: на редкость терпеливый, в корне неправильный.

IV. В глагольных словосочетаниях с зависимой падежной формой существительного оно, как правило, на втором месте: люблю грозу, пишу карандашом, подошел к окну. Однако возможна и препозиция существительного, если оно указывает на качество или способ действия: Быстрыми шагами она шла к дому (Никол.); Потом он тем же изучающим взглядом оглядел Кочаряна и Митю (Кетл.). Если к глаголу относятся два существительных, то непосредственно после него ставятся слова со значением адресата или обстоятельства: написал для студентов пособие, взял в шкафу бумагу, открыл ключом дверь, конечную же позицию занимает словоформа, которая по смыслу теснее связана с глаголом: получил из редакции ответ, пишет друзьям письма.

В сочетаниях глаголов с наречиями порядок слов зависит от смысла высказывания: наречия постпозитивны, если на них приходится логическое ударение: Работал он артистически (Г.); Встретились приятельски (Фурм.).

Особо следует рассмотреть порядок слов в предложении при употреблении однородных членов. Интерес представляет употребление нескольких определений, занимающих в предложении одинаковые синтаксические позиции: По широкой большой бесшоссейной дороге шибкою рысью ехала высокая голубая венская коляска цугом (Л. Т.). Как видно из примера, ближе к существительным ставятся прилагательные, называющие более важный признак. Если в ряду однородных определений оказывается местоимение, оно выдвигается вперед: ...твой красивый рязанский платок (Ес.).

Добавочное замечание можно сделать о порядке слов в предложении при употреблении инфинитива. Зависимый инфинитив всегда постпозитивен: Саша... покраснела, готовая заплакать (Ч.); Я хотел бы жить и умереть в Париже, если б не было такой земли - Москва (М.). Препозитивное употребление инфинитива придает речи разговорную окраску: Куплю, куплю, только ты плакать-то перестань; У меня ведь недолго, я и на кухню горшки парить пошлю (Остр.).

3.4.4.4.
Варианты грамматической связи подлежащего и сказуемого

Подлежащее и сказуемое обычно имеют одинаковые грамматические формы числа, рода, лица, например: Мчатся тучи, вьются тучи; Невидимкою луна Освещает снег летучий; Мутно небо, ночь мутна (П.).

В таких случаях можно говорить о согласовании сказуемого с подлежащим. Однако соответствие грамматических форм главных членов предложения не обязательно, возможно неполное соответствие грамматических форм главных членов: Вся жизнь моя была залогом свиданья верного с тобой (П.) - соответствие форм числа, но разные формы рода: Твой удел - нескончаемые хлопоты - несоответствие форм числа.

Грамматическая связь главных членов предложения рассматривается как Координациякоординация. Эта грамматическая связь более широкая и свободная в сравнении с согласованием. В нее могут вступать разные слова, их морфологические свойства не обязательно должны соответствовать друг другу.

При координации главных членов предложения возникает проблема выбора форм числа сказуемого, когда подлежащее указывает на множество предметов, но выступает в единственном числе.

1. Существительные большинство, меньшинство, множество и подобные, несмотря на грамматическую форму единственного числа, обозначают не один предмет, а много, и поэтому сказуемое может принимать не только форму единственного числа, но и множественного. Сравним: На этом-то пруде... выводилось и держалось бесчисленное множество уток (Т.); Множество рук стучат во все окна с улицы, и кто-то ломится в дверь (Лес.). Какой же из форм отдать предпочтение?

Розенталь Д.Э.Д.Э. Розенталь отметил: «Сейчас явно преобладают случаи согласования по смыслу в деловой речи, в публицистике, в разговорной речи»Розенталь Д.Э. Практическая стилистика русского языка. - М., 1987. - С.221.. Однако можно выделить контексты, в которых предпочтительнее, а для книжных стилей и единственно правильное употребление определенной формы числа сказуемого.

Рассмотрим примеры: 1) Большинство согласилось с оратором. 2) Большинство авторов согласилось с замечаниями. 3) Большинство писателей, решительно отвергали исправления редактора. 4) Большинство авторов, заключивших договоры с издательством, представили рукописи. 5) Большинство авторов, заключив договор, работают над рукописями. 6) Большинство редакторов, корректоров, авторов, рецензентов изучили эти документы. 7) Большинство редакторов получили приказ, ознакомились с его содержанием и сделали необходимые выводы. Форма единственного числа сказуемого вполне оправдала в первом и втором предложениях, замена ее формой множественного числа придаст им разговорной оттенок. В третьем предложении сказуемое указывает на активный характер действия, и форма множественного числа подчеркивает это. Небезразлично и значение подлежащего: если оно называет одушевленные предметы, координация по множественному числу предпочтительнее (ср.: Большинство учеников хорошо отвечали на уроке. Но: Большинство предметов лежало в беспорядке).

Если подлежащее отделено от сказуемого причастным, деепричастным оборотом (4 и 5 примеры), а также при перечислении однородных членов в составе подлежащего или сказуемого (6 и 7 примеры) стилистически оправдано употребление формы множественного числа сказуемого.

Смысловая сторона речи определяет и координацию форм сказуемого по множественному числу, если это сказуемое указывает на действие многих лиц (Большинство участников слета встретились впервые; Большинство присутствовавших обнимались, плакали), а также если сказуемое именное, оно может быть выражено только формой множественного числа: Большинство приехавших были ветераны; Большинство уцелевших были изможденные и больные.

2. При подлежащем, выраженном количественно-именным сочетанием, возникает та же проблема: в каком числе лучше употребить сказуемое. У Чехова находим: Какие-то три солдата стояли рядом у самого спуска и молчали; У него было два сына. Л. Толстой предпочел такие формы: В санях сидело три мужика и баба; В душе его боролись два чувства - добра и зла. Сопоставляя эти примеры, можно заметить, что и здесь активное действие (боролись) и обозначение подлежащим одушевленных предметов (три солдата) подсказали выбор формы множественного числа. Глаголы, означающие бытие, наличие, присутствие, как правило, ставятся в единственном числе в отличие от тех, которые называют активное действие. Сравним: На столе было три телефона. - Три телефона зазвонили одновременно.

Однако для таких предложений еще следует учитывать и характер числительного, употребленного в составе подлежащего. Так, числительное один подскажет единственное число сказуемого: Двадцать один человек подтвердил это.

Числительные два, три, четыре чаще других требуют употребления сказуемого во множественном числе: Три дома на вечер зовут; У сарая стояли три тройки (П.). Однако чем большее количество указывается, тем легче нам осмыслить его как одно целое, поэтому сказуемое может иметь форму единственного числа: Сто тридцать семь делегатов уже зарегистрировалось, а пять человек опаздывали. Выбор формы сказуемого в подобных случаях подчеркивает или нерасчленный характер действия (тогда сказуемое в единственном числе), или, напротив, индивидуальное участие каждого в выполнении действия (и тогда сказуемое во множественном числе). Сравним: В крендельной работало двадцать шесть человек (М.Г.). - Тридцать два человека - гремяченский актив и беднота - дышали одним духом (Шол.). В подобных случаях в официально-деловом стиле используется единственное число, в экспрессивной речи возможны варианты.

Единственное число сказуемого не вызывает колебаний при обозначении меры веса, пространства, времени (того, что воспринимается как нерасчлененное множество): Прошло сто лет (П.); До барьера осталось пять шагов; На ремонт ушло семь банок краски.

Если количество обозначается приблизительно или уточняется словами только, лишь, всего, сказуемое ставится в единственном числе: Сидит нас человек двадцать в большой комнате с раскрытыми окнами (Л.Т.); В кружок записалось всего пять человек.

3. Колебания в форме числа сказуемого возникают и при однородных подлежащих. Если вначале перечисляются однородные подлежащие, а сказуемое следует непосредственно за ними, то оно принимает форму множественного числа: Гимназист и Саша всю дорогу плакали (Ч.). При иной последовательности членов предложения возможны варианты: Из района приехал следователь и врач (основной носитель действия - следователь); В комнате остались только хозяин, да Сергей Николаевич, да Владимир Петрович (Л.Т.).

Важно подчеркнуть, что в научном, официально-деловом стилях в таких случаях варианты недопустимы: сказуемое всегда должно стоять в форме множественного числа (Увеличиваются сила тока и напряжение - мощность тоже увеличивается). Сказуемое ставится в единственном числе, если при подлежащих есть слова каждый, всякий, любой: Каждый альпинист и каждый спортсмен знает, как опасен камнепад в горах. При градации (то есть таком расположении слов, при котором каждое последующее усиливает, расширяет значение предыдущего) грамматическая форма сказуемого, «приспособляется» к ближайшему подлежащему: Вся Европа, вся Америка, весь мир смотрел эту русскую передачу. Последнее подлежащее как бы «вбирает в себя» смысл всех других, так что с ним и согласуется сказуемое.

Если однородные подлежащие связаны разделительными союзами и надо подчеркнуть, что действие совершает попеременно то одно, то другое лицо (или из нескольких возможных субъектов действие выполняет какой-то один), сказуемое употребляется в форме единственного числа: То ли чурка, то ли бочка проплывает по реке (Тв.); Московский или Петербургский университет проведет эту конференцию. Но если подлежащие разного рода или стоят в разных числах и сказуемое постпозитивно, оно принимает форму множественного числа: То ли куст, то ли кочка виднелись вдали (...то ли кочки виднелись). Ту же форму сказуемого определяет и употребление сопоставительного союза как, так и, подчеркивающего идею множественности: Как тяжелая, так и легкая промышленность наращивают темпы производства.

Если подлежащие связаны противительными союзами а, но, да, то препозитивное сказуемое координирует свои формы по первому подлежащему: Опубликована поэма, а не стихотворение. - Опубликовано стихотворение, а не поэма. - Опубликована не поэма, а стихотворение. Формы же постпозитивного сказуемого зависят от того подлежащего, с которым оно связано по смыслу: Стихотворение, а не поэма опубликовано в журнале; Не стихотворение, не поэма, а роман опубликован в журнале.

Особый интерес вызывает координация сказуемого с подлежащим, выраженным некоторыми местоимениями. Сравним несколько примеров: Кто-то из поэтов сказал...; Некто в парике, с наклеенными ресницами и яркими губами, кивнула в мою сторону; Никто из учеников, даже самые способные, не могли решить этого уравнения; Никто из девочек, да и сама Лена, не могла ничего придумать. Мы видим, что от предложения к предложению усиливается влияние контекста, который определяет координацию сказуемого. Однако предпочтение смысловому принципу придает высказыванию разговорную окраску. В книжных стилях такая координация сказуемого стилистически не оправдана: при этих местоимениях оно должно стоять в форме единственного числа мужского рода, независимо от того, что местоимения указывают на женщин, на множество людей.

Иное правило определяет форму сказуемого в придаточной части сложноподчиненного предложения, которому в главной соответствует соотносительное слово: Все, кто пришли на занятие, разобрались в этом сложном вопросе; Те, кто знали о лекции, пришли послушать. В таких предложениях форма множественного числа сказуемого, относящегося к местоимению кто, «поддерживается» соответствующими формами соотносительного слова (все, те) и сказуемого в главной части предложения (разобрались, пришли). Правда, это не исключает вариантов, и в этих предложениях можно было бы сказать: все, кто пришел... Такая координация предпочтительна в книжных стилях, но в разговорном в наше время все более закрепляется координация по смыслу.

3.4.4.5.
Варианты согласования определений и приложений

Не задумывались ли вы над тем, почему говорят два черных кота, но две черные кошки, употребляя в первом случае прилагательное в родительном падеже, а во втором - в именительном? Ведь существительные и в том и в другом сочетании стоят в одинаковой форме - в родительном падеже.

Секрет в том, что в сочетаниях существительных с числительными два, три, четыре форма Определениеопределения зависит от рода существительного. Для современного русского языка характерны такие сочетания:

с существительными мужского и среднего рода:

с существительными женского рода:

два новых дома

три светлых окна

три вкусных пирожных

два опытных портных

две большие комнаты

четыре новые столовые

три большие парикмахерские

Варианты возможны в разговорной, сниженной речи.

Однако картина меняется при ином порядке слов. Прилагательное, предшествующее количественно-именному сочетанию, обычно выступает в форме именительного падежа множественного числа (независимо от формы рода существительного): последние два проекта, крайние три окна, светлые четыре комнаты. Только прилагательные добрый, полный, целый не подчиняются этому правилу: Съел целых две тарелки; Ждали добрых три часа; Принес полных два ведра.

Прилагательные, употребленные после количественно-именного сочетания, могут варьировать свои формы: Поздно вечером... подкатили к колхозному амбару два грузовика, груженные мукой (М. Лаптев) - ...Стояли четыре больших ящика, набитых японскими трофейными продуктами (Сим.). В стилистическом отношении предпочтительнее первая конструкция.

Во всех других сочетаниях существительных с числительными (за исключением числительных два, три, четыре) форма определения зависит от порядка слов: препозитивное определение употребляется в форме именительного падежа множественного числа независимо от формы рода определяемого существительного (последние пять страниц, первые десять столбцов, светящиеся восемь окон). Постпозитивные определения и стоящие в середине количественно-именного сочетания принимают форму родительного падежа множественного числа: пять последних страниц, исписанных мелким почерком; десять новых столбцов, набранных петитом.

Стилистический интерес представляют и варианты форм согласования определения, употребленного при нескольких однородных именах существительных: талантливо написанные стихотворение и поэма - опубликованный текст и комментарии. Определение в форме множественного числа подчеркивает наличие нескольких предметов, в форме же единственного числа оно возможно в тех случаях, когда и так ясно, что определение относится ко всем предметам. Таким образом, варианты возможны во втором случае.

ПриложениеПриложения, как правило, должны согласоваться с существительным, к которому они относятся. Однако при их употреблении иногда появляются варианты: в городе Москве, но в городе Клинцы, на реке Москве и на Москва-реке. Больше всего вариантов дают сочетания географических названий с родовым наименованием. Известно правило, по которому все русские (и шире - все славянские) наименования следует согласовать со словами: город, село, поселок, река: в городе Суздале, на реке Каменке, школа в деревне Волчихе (сочетание на Москва-реке имеет разговорную окраску). Не согласуются с родовыми наименованиями лишь географические названия, имеющие форму множественного числа: в городе Мытищи, к поселку Жаворонки, а также составные: к городу Великие Луки, в селе Красная Горка. Исключение составляют наименования, совпадающие с именами людей (из поселка Ерофеич, недалеко от села Миронушка).

Тенденцию к несклоняемости обнаруживают географические названия на -о, -е: в городе Пено, у села Молодечно. Использование их в начальной форме исключает разночтения при употреблении малоизвестных названий. Однако согласуются такие названия, как Одинцово (в городе Одинцове, под поселком Перхушковом).

Следует склонять и русские географические наименования сложного состава: в городе Петропавловске-Камчатском, храм в селе Никольском-Архангельском, выехать из города Камня-на-Оби. Остаются без изменения лишь топонимы с тесно спаянными элементами: в деревне Спас-Клепики, из поселка Усть-Илима, в городе Соль-Вычегодске. Однако не изменяются топонимы, у которых первая часть среднего рода: из Лики-но-Дулева, к Пошехонье-Володарскому, под Юрьево-Девичьим, что, однако, не исключает согласования их второй части с родовым наименованием: приехал из города Орехово-Зуева.

В специальной литературе и официально-деловом стиле многие географические наименования употребляются как несклоняемые.

Разночтения в согласовании географических наименований с родовыми понятиями касаются в особенности названий островов, озер, мысов, заливов, пустынь. Так, названия станций, портов, как правило, даются в начальной форме: подъехали к станции Тула, на станции Злынка, из польского порта Гдыня, в порту Одесса.

Традиционно используются в начальной форме, например, такие наименования: на озере Байкал, на озерах Эльтон и Баскунчак, на горе Арарат, у горы Казбек, близ мыса Челюскин, на канале Волго-Дон; не согласуются составные наименования: на реке Северный Донец, в бухте Золотой Рог, у острова Новая Земля.

Названия улиц (преимущественно в форме женского рода) следует согласовать как приложения; на улице Остоженке, с улицы Петровки, с улицей Сретенкой. Без изменения остаются названия улиц, представляющие застывшую форму родительного падежа: улица Бирюзова (из «имени Бирюзова»), а также составные наименования: Об улице Красные ворота, как и об улице Охотный ряд, помнят коренные москвичи.

3.4.4.6.
Варианты управленияВ конце пособия дан словарь «Трудные случаи управления в русском языке».

Русский синтаксис отличается богатством и разнообразием вариантов управляемых конструкций. Например: Проехали лес - проехали через лес - проехали лесом - проехали по лесу и т.д.; работаю вечерами - работаю по вечерам; отдыхал неделю - отдыхал в течение недели; пятью минутами раньше - на пять минут раньше - за пять минут до... - за пять минут перед и т.п.

Многие из этих конструкций отличаются лишь оттенками в значении, которые мы достаточно определенно разграничиваем. Например, сочетание обеспечить кого-что чем - значит: снабдить в достаточном количестве (обеспечить альпинистов инвентарем); обеспечить кому-чему что - значит: сделать что-нибудь несомненным, верным, гарантировать что-либо (обеспечить больным хороший уход).

Разница между конструкциями просить деньги - просить денег, искать место - искать места и т.п. заключается в том, что первые варианты указывают на определенный, конкретный объект (определенную сумму денег, свое место), а вторые имеют общее значение (какую-то сумму, неопределенно, любое место). Разница между конструкциями выпить воду - выпить воды, купить книги - купить книг, принести хлеб - принести хлеба и т.п. заключается в том, что родительный падеж обозначает распространение действия не на весь объект, а лишь на некоторую часть или количество его, а винительный падеж указывает, что действие полностью переходит на предмет.

Стилистический интерес вызывают те варианты управления, которые получают стилевое закрепление (замечания студенту - замечания в адрес студента
 <книжн.>; говорить о друзьях - говорить про друзей <разг.>; отсутствовать из-за болезни - отсутствовать вследствие болезни <оф.-делов.>).

В русском языке ряд управляемых конструкций выражают совершенно однородные отношения: учиться в институте - учиться на курсах; был на пятом курсе - был во втором классе; работать на почте - работать в мастерской; живет в деревне - живет на хуторе и т.п. Эти синтаксические конструкции характеризуются большой устойчивостью в русском синтаксисе, и выбор нужной формы управления в таких случаях не представляет сложности.

Синонимические слова нередко требуют употребления разных падежей:

восхищаться отвагой - преклоняться перед отвагой презирать опасность - пренебрегать опасностью увлекаться (интересоваться) музыкой - любить (изучать) музыку

возмущаться безобразиями - злиться (сердиться) на безобразника

робеть перед необходимостью- страшиться необходимости

быть недовольным отзывом - разочароваться в отзыве

делать выговор сотруднику - упрекать сотрудника

понимать необходимость... - отдавать себе отчет в необходимости

извещать автора - сообщать автору и т.д.

При использовании их в речи иногда возникают ассоциативные ошибки, близкие словосочетания смешиваются: Автор описывает о событиях (вместо: рассказывает, повествует о событиях или: описывает события); Он этим не успокоился (этим не удовлетворился, на этом не успокоился); Уверенность в свои силы (уверенность в чем? в своих силах; вера во что? в свои силы).

При параллельном использовании вариантов беспредложного и предложного управления, совпадающих в значениях, можно рекомендовать отдавать предпочтение более определенным конструкциям с предлогами, так как в них грамматическое значение выражается более четко. Сравним: письмо матери - письмо к матери, письмо от матери.

Чтобы избежать искажения смысла высказывания, следует с особой осторожностью относиться к вариантам управления, допускающим двоякое толкование. Так, может возникнуть неясность в словосочетаниях: портрет Репина (портрет, написанный Репиным, или портрет самого художника?), директору надо посоветовать (директор сам будет кому-то советовать или должен выслушать совет другого лица?). Подобные конструкции требуют исправления:

Учителю надо было еще многое объяснить.

Учитель должен был еще многое объяснить.

Объяснение ответа брата представляется неубедительным.

Объяснение ответа, предложенное братом, неубедительно.

Приказали нам помочь в работе.

Приказали, чтобы мы помогли...

Впрочем, в речи все же встречаются такие «двузначные» конструкции, смысл которых проясняет контекст (обман жрецов, экономическая помощь Индии, критика Белинского, наконец, в песне: Пуля стрелка миновала...).

Неуместный каламбур может возникнуть и при употреблении производных предлогов, неожиданно проявивших в тексте свое первичное значение; Пожар произошел благодаря сторожу (за что его благодарить?); Прошу дать мне академический отпуск ввиду болезни (нельзя предвидеть болезнь!).

Нельзя не учитывать книжной окраски некоторых предложных конструкций, игнорировать канцелярский оттенок, привносимый в речь отыменными предлогами. Например, под влиянием официально-делового стиля в современном русском языке закрепляются конструкции с предлогами о, по: указать о необходимости, отметить о важности, останавливаться об этом, обсуждать о чем-либо, выразить согласие о том, что, иметь в виду об этом, излагать об этом (правильными будут беспредложные конструкции: отметить важность, обсуждать что-то, иметь в виду это, а также конструкции с иными предлогами: указать на необходимость, выразить согласие с чем-то и т.п.). Из парных словосочетаний: отклик по этому произведению - отклик на это произведение; рецензия по этой статье - рецензия на эту статью; показатели по этим предприятиям - показатели этих предприятий и т.п. - первые имеют канцелярскую окраску.

Нежелательно и «нанизывание» одинаковых падежных форм. Пример подобной конструкции привел некогда лингвист A.M. Пешковский: дом племянника жены кучера брата доктора. Несомненно, такое управление не может быть одобрено.

В особых случаях варианты управления отличаются экспрессивной окраской. Сравним конструкции с разными формами дополнения при глаголах с отрицанием: Он не говорит правду; Он никогда не скажет правды; Он никому не скажет правды; Он ни за что не скажет правды; Он не хочет сказать правду; Он что-то недоговаривает; Он не может не сказать правду; Правду он все равно не скажет. Дополнения в форме родительного падежа при глаголе с отрицанием усиливают, подчеркивают это отрицание. И, напротив, конструкции с дополнением в винительном падеже «приглушают» значение отрицания.

При двух или нескольких управляющих словах общее зависимое слово может употребляться лишь в том случае, если эти главные слова требуют одинакового падежа и предлога, например: читать и конспектировать книгу, выписывать и запоминать цитаты. Неправильно построены словосочетания: организовать и руководить группой (организовать - что? руководить - чем?); проявить заботу и внимание о детях-сиротах (забота - о ком? внимание - к кому?). Исправление таких предложений обычно требует использования местоимения: организовать группу и руководить ею; но иногда приходится еще добавить и другое управляющее слово: обратить внимание на детей-сирот и проявить заботу о них.

Интересно отметить особенности употребления некоторых русских предлогов. Так, предлоги в и на имеют свои антонимы: в - из, на - с. Например: поехал в Крым - вернулся из Крыма, отправился на Кавказ - приехал с Кавказа, вошел в здание - вышел из здания, пошел на вокзал - пришел с вокзала. Не всегда, правда, это положение выдерживается: поехал в Поволжье - вернулся с Поволжья, отправить во все концы страны - получить со всех концов страны.

Как сказать: по получении ответа или по получению ответа? Мы скучаем по вам или по вас? Предлог по в значении «после» управляет предложным падежом, стало быть: по получении ответа, по окончании спектакля, по изучении вопроса - книжные варианты, а после получения и т.д. - нейтральные варианты. В значении же причины (ушел на пенсию по состоянию здоровья) или цели (работы, по озеленению города) предлог по управляет дательным падежом.

Сложнее ответить на вопрос: Скучаем по вам или по вас? Если в сочетаниях с существительными (скучаем по сыну, скучаем по детям) и с личными местоимениями 3-го лица (скучаем по нему, скучаем по ним) предлог по управляет дательным падежом, то в сочетании с личными местоимениями 1-го и 2-го лица этот же предлог употребляется с предложным падежом: скучаем по вас (не по вам), скучают по нас (не по нам). Таковы капризы этого предлога.

Ему присуща также стилистическая особенность: при обозначении предмета, который нужно достать, добыть, употребление предлога по имеет разговорно-просторечный характер, например: идти по грибы (за грибами).

3.4.4.7.
Правильное построение предложений

Предложение строится из слов или словосочетаний, связанных друг с другом с помощью согласования, управления или примыкания. Эти типы подчинительной связи хорошо известны нам, однако в речи мы не всегда умеем ими пользоваться. Вспомните, как грибоедовский Скалозуб строит фразу: Мне совестно, как честный офицер. Следовало бы сказать: Мне, как честному офицеру, совестно, - однако говорящий нарушил согласование членов предложения. Подобные ошибки называются смещением синтаксической конструкции: начало предложения дается в одном плане, а конец - в другом. У поэтов смещение конструкции иногда передает взволнованную речь, которая как бы не укладывается в строгие грамматические нормы. Например:

Когда с угрозами, и слезы на глазах,

Мой проклиная век,

утраченный в пирах,

Она меня гнала...

(П.)

Однако в прозе смещение конструкции нас удивит. Так, в автобиографии Маяковский В.В.В. Маяковского читаем: Я поэт. Этим и интересен. Об этом и пишу. Люблю ли я, или я азартный, о красотах кавказской природы также - только если это отстоялось словом. Это писал о себе человек, не боявшийся шокировать читателя и даже демонстрировавший свое пренебрежение к некоторым традициям... Нам это непозволительно.

Ошибки в строе предложения возникают также из-за неправильного употребления деепричастного оборота, который должен всегда указывать на дополнительное действие субъекта (подлежащего). Об этом порой забывают, строя фразы так: Теряется драгоценное время в работе, слушая глупые разговоры; Безделие - это понятие относительное, а уж сидя дома, его не бывает; У вас не заболела голова, пытаясь помять всю эту абракадабру?

Недопустимо нарушение порядка слов при употреблении причастного оборота, который может стоять и перед определяемым словом, и после него, но никогда не включает его в свой состав. Неправильно построены фразы: Приведенные факты в докладе свидетельствуют о больших успехах выпускников; Приехавшие делегаты на съезд приглашаются в зал. Подобные ошибки могут исказить смысл высказывания, например: Принятая программа на конференции успешно выполнена (программа, принятая на конференции).

Значительные трудности возникают при неумелом использовании конструкции с предлогами кроме, помимо, вместо, наряду с, которые всегда должны зависеть от сказуемого. Разрыв этой грамматической связи приводит к тому, что оборот, введенный названными предлогами, «повисает в воздухе»: Вместо улиц Лациса и Свободы автобусы направились по вновь построенному участку Планерной улицы; Мы, помимо кур, намерены заняться и выращиванием индюшат. Устранение подобных ошибок обычно требует значительной переработки предложений; Автобусы направились не по улицам Лациса и Свободы, а по новому маршруту, открытому на улице Планерной; Мы намерены выращивать не только кур, но еще и индюшат.

Встречаются ошибки в употреблении союзов и предлогов при однородных членах предложения: В городе построены не только новые школа, больница, а также драмтеатр и библиотека (следовало написать: Не только школа... но и театр); Необходимо обратить внимание не только на знания учеников, но и их практические навыки (следовало: но и на их практические навыки, предлог нужно повторить). При таких союзах особенно важен порядок слов при употреблении однородных членов предложения. Например, он нарушен в таком случае: В новом помещении можно будет проводить не только цирковые представления, но и устраивать большие концерты, спортивные соревнования... (правильно: не только представления, но и соревнования или: не только проводить, но и устраивать). Союз не только, но и связывает сопоставляемые предметы или действия, а следовательно, и соответствующие части речи: существительное - с существительным, глагол - с глаголом.

Противительные союзы (а, но, однако) соединяют, как правило, одинаковые члены предложения. Это правило нарушено в такой конструкции: Выступавшие в прениях, не возражая против основных положений доклада, однако считают его неполным (соединены обстоятельство [деепричастный оборот] и сказуемое). В качестве однородных членов предложения могут употребляться слова, обозначающие лишь сопоставимые предметы; нельзя сказать: Поздравляю вас от всей души и лично от себя.

В состав однородных членов не должны входить видовые и родовые наименования: Наш сквер - любимое место отдыха жителей деревни, молодежи и детей.

Распространенная ошибка - несочетаемость одного из однородных членов (или нескольких) с тем словом в предложении, с которым связаны все остальные однородные члены. Иллюстрируем это примерами (в правой колонке исправленные варианты предложений):

1. Чтение фантастических романов воспитывало в юноше любовь к путешествиям, мечты о покорении космоса.

1. Чтение фантастических романов воспитывало в юноше любовь к путешествиям, рождаломечты о покорении космоса.

2. Особенную помощь и личное участие в проведении Спартакиады оказали начальник депо и председатель профкома.

2. Большую помощь в проведении Спартакиады оказали начальник депо и председатель профкома, которые сами участвовали в соревнованиях.

3. Полиция обрушила на молодежь дубинки, гранаты со слезоточивым газом, огнестрельное оружие.

3. Полиция обрушила на молодежь дубинки, гранаты со слезоточивым газом, применила огнестрельное оружие.

Как видим, для исправления таких ошибок приходится вводить в текст новые слова, устраняя лексическую несочетаемость; иногда требуется коренная переработка предложения, отказ от употребления однородных членов (как во втором примере).

При употреблении однородных членов предложения встречаются и ошибки на управление, если объединенные в сочиненном ряду слова управляют разными формами: Преподаватели научат ребят разбираться и привьют им любовь к живописи, литературе, музыке (следовало: разбираться в живописи, литературе, музыке и привьют любовь к этим видам искусства).

Можно избежать многих ошибок при употреблении однородных членов, если строже относиться к выбору падежных форм существительных в сочиненном ряду слов. Так, нуждается в стилистической правке предложение: В соответствии с программой учащиеся должны научиться выполнять такие операции, как выпиливание лобзиком изделий из фанеры, сверление, сборку и отделку деталей. Все однородные существительные должны стоять в форме именительного падежа (такие, как... сверление, сборка, отделка). Недопустимо употребление в разных падежных формах обобщающих слов и однородных членов: Режиссер сказал: «Мы работаем сейчас над двумя постановками: «Вишневый сад» Чехова и пьесой Володина «С любимыми не расставайтесь» (название первого спектакля следовало употребить также в творительном падеже).

Грубой ошибкой является грамматически разнотипное выражение однородных членов предложения, например:

Помощник руководителя группы обязан помогать руководителю в обучении и воспитании слушателей:

- точно знать количество слушателей в группе;

- своевременно докладывать руководителю группы о запросах и пожеланиях слушателей;

- помощь руководителю группы в работе со слабоуспевающими слушателями.

В последней рубрике следовало написать: организовать помощь... в работе со слабоуспевающими слушателями.

Нарушается структура предложения и при сочетании одного из его членов и придаточной части. В один ряд нельзя ставить, например, дополнение и придаточное предложение: Премьер говорил о снижении инфляции и что задержки зарплаты больше не будет. Неправомерно и соединение причастного оборота и придаточного определительного: Снисхождения заслуживают люди, признающие критику и которые исправляют свои ошибки. Следует заменить придаточное предложение причастным оборотом (исправляющие свои ошибки) или вместо причастного оборота употребить придаточное предложение (которые признают...).

В строе сложного предложения встречается немало трудностей. Иногда не оправдано употребление рядом двух однозначных союзов: Ваши рекомендации заслуживают внимания, но однако реализовать этот проект пока невозможно; Он утверждает, что будто бы самолет был заправлен некондиционным горючим. Встречается и неправильный выбор союза: Ваше предположение подтвердится лишь тогда, если будет доказано... (вместо если нужен союз когда, соотносительный со словом тогда в главном предложении). Портит сложное предложение неуместное повторение частицы бы в придаточной части (Если бы эти меры были бы приняты, все закончилось бы благополучно). Повторение союзов или союзных слов при последовательном подчинении придаточных придает фразе тяжеловесность.

Рассмотрим примеры стилистической правки таких предложений.

1. Вдали виднелись вершины гор, которые были покрыты снегом, который сверкал на солнце.

1. Вдали виднелись вершины гор, покрытые снегом, который сверкал на солнце.

2. Эта проблема составляет предмет математической логики, которая развилась в точную науку, которая применяет математические методы исследования.

2. Эта проблема составляет предмет математической логики, развившейся в точную науку, применяющую математические методы исследования.

В первом примере замена придаточной части сложного предложения причастным оборотом не только упростила конструкцию, но и уточнила определяемое слово (не горы, а вершины), во втором - прояснила грамматические связи (первое определение относится к слову логика, второе - к слову наука). Избавившись от повторения союзных слов и нанизывания одинаковых придаточных частей, редактор преобразовал сложное предложение в простое.

Вспомним шутливые строчки Маршак С.Я.С.Я. Маршака, который перевел английское стихотворение:

Вот пес без хвоста,

который за шиворот треплет кота,

который пугает и ловит синицу,

которая ловко ворует пшеницу...

Конечно, автор с умыслом нарушил правило построения сложного предложения, чтобы придать речи юмористическую окраску. В иных случаях это становится серьезным недостатком стиля.

3.5.
Литературное произношение

3.5.1.
Что такое орфоэпия

Для успеха выступления оратора существенное значение имеет выразительность речи, которая достигается четким, ясным произношением, правильной интонацией, умело расставленными паузами. Особое внимание следует уделять темпу речи, силе голоса, убедительности тона, а также требованиям ораторского искусства: позе, жестам, мимике. Важная роль отводится литературному произношению и ударению, которые изучаются в специальном разделе науки о языке - в орфоэпии.

Русская Орфоэпияорфоэпия (от греч.: orthos - правильно, epos - речь) включает в себя правила произношения безударных гласных, звонких и глухих согласных, правила произношения отдельных грамматических форм, слов иноязычного происхождения, а также постановку ударения.

Важнейшие черты русского литературного произношения сложились в первой половине XVIII века на основе разговорного языка города Москвы.

3.5.2.
Стили произношения

В зависимости от темпа речи различаются стили произношения Стиль произношения полныйполный и Стиль произношения неполныйнеполный. При медленном темпе речи полный стиль характеризуется отчетливым произношением звуков, тщательностью артикуляции. В неполном стиле отмечается менее отчетливое произношение и сильное сокращение, или редукция звуков.

Различаются также Стиль произношения высокий (академический)высокий (академический) стиль произношения, которому свойственна особая эмоциональность, и Стиль произношения разговорныйразговорный, используемый в общении. Полный стиль произношения можно наблюдать, слушая речь дикторов радио и телевидения. Высокий стиль отличает речь актеров, читающих стихотворный текст. Полный и высокий стиль произношения - неотъемлемое условие ораторского искусства.

3.5.3.
Произношение безударных гласных звуков

В безударных слогах гласные подвергаются изменениям в результате ослабления артикуляции. Качественная редукция - это изменение тембра звучания гласного; количественная редукция - это уменьшение его долготы и силы. Гласные, находящиеся в первом предударном слоге, изменяются незначительно, в большей степени редуцируются гласные остальных безударных слогов.

В первом предударном слоге на месте букв а и о произносится звук [а]. От ударяемого [а] он отличается меньшей продолжительностью. Например: тр[а]ва, с[а]сна.

В остальных безударных слогах на месте букв а и о произносится краткий звук, средний между [ы] и [а], обозначаемый в транскрипции знаком [ъ]. Например: тр[ъ]вяной, з[ъ]лотой, школ[ъ], выз[ъ]в.

В начале слова безударные [а] и [о] произносятся как [а], например: [а]зот, [а]бладать.

После твердых шипящих [ж] и [ш] гласный [а] в первом предударном слоге произносится как [а], например: ж[а]ргон, ш[а]гать. Но перед мягкими согласными произносится звук, средний между [ы] и [э], например: ж[ыэ]леть, лош[ыэ]дей.

После мягких согласных в первом предударном слоге на месте букв е и я произносится звук, средний между [и] и [э], например: в[иэ]сна, ч[иэ]сы.

В остальных безударных слогах на месте букв е и я произносится очень краткий [и], в транскрипции обозначаемый знаком [ь], например: в[ь]ликан, вын[ь]сти, п[ь]тачок, выт[ь]нуть.

На месте сочетаний букв аа, ао, оа, оо в предударных слогах произносятся гласные [аа], например: з[аа]сфальтировать, з[аа]дно, п[аа]нглийски, в[аа]бразить.

3.5.4.
Произношение согласных звуков

В конце слов и в их середине перед глухими согласными звонкие согласные оглушаются, например: ястре[п], разбе[к], запа[т], бага[ш], тра[ф]ка, ска[с]ка.

На месте глухих согласных перед звонкими (кроме в), произносятся соответствующие звонкие, например: [з]бежать, о[д] бросить, во[г]зал.

В ряде случаев согласные, стоящие перед мягкими согласными, произносятся мягко. Например: [з'д']есь, гво[з'д']и, е[с'л']и, ка[з'н'], ку[з'н']ец, пе[н'с']ия. Встречаются два варианта произношения некоторых слов, например: [з'л']ить и [зл']ить, по[с'л']е и по[сл']е.

Двоякое произношение наблюдается в сочетаниях с губными согласными, например: [д'в']ерь и [дв']ерь, [з'в']ерь и [зв']ерь. Первые варианты звучат все реже.

Двойным согласным буквам соответствует долгий согласный звук обычно тогда, когда ударение падает на предшествующий слог, например: гру[]а, ма[]а, програ[]а. Если же ударение падает на последующий слог, то двойные согласные произносятся без долготы, например: а[к]орд, ба[с]ейн, гра[м]атика.

3.5.5.
Особенности произношения иностранных слов

В словах иноязычного происхождения, не окончательно усвоенных русским языком, буква о в безударном положении произносится четко: [о], то есть без редукции: б[о]а, [о]тель, кака[о], ради[о]. Иногда допускается двоякое произношение: п[о]эт - п[а]эт, с[о]нет - с[а]нет и др.

Перед гласным, обозначаемым буквой е, во многих иноязычных словах согласные произносятся твердо: а[тэ]лье, ко[дэ]кс, ка[фэ], Шо[пэ]н. Чтобы не ошибиться, следует заглядывать в словарь литературного произношения!В конце пособия дан краткий «Словарь ударений и литературного произношения».

3.5.6.
Как звучат имена и отчества

В публичных выступлениях, как и в бытовой речи, нередко возникают затруднения с употреблением мужских и женских имен и отчеств. В их произношении имеются особенности, которые следует учитывать. Достаточно вспомнить, как обычно в беглой речи произносятся имена и отчества типа Павел Павлович (Пал Палыч) или Марья Ивановна (Марь Иванна).

Многие из этих произносительных особенностей, свойственных разговорному стилю, в последнее время закрепляются и в речи публичной.

Вместе с тем необходимо учитывать обстановку, уместность или неуместность сокращенного произношения имен и отчеств. Так, в личной беседе, непосредственно обращаясь к человеку, мы говорим: Михал Иваныч, садитесь, пожалуйста. Но в официальной речи скажем: Вечер, посвященный памяти Федора Ивановича Шаляпина. Полное, максимально приближенное к написанию произношение находим также в чтении официальных документов, указов о награждении граждан нашей страны орденами и медалями, о присвоении им почетных званий и т.п.

Полное произношение распространяется на иноязычные имена-отчества, например:Фридрих Карлович (не Карлыч), Гуго Брунович (не Бруныч) и т.п.

Имя, произносимое без отчества, читается полностью: Михаил.

Своеобразная экономия времени и усилий выражается и в том, что мужские имена с ударением на основе при их употреблении вместе с отчествами, в устной речи обычно не изменяются по падежам, например: был у Сергей Иваныча; обратитесь к Степан Петровичу беседовал с Максим Семенычем; речь шла о Федор Палыче, хотя на письме передается и склонение имен: у Сергея Ивановича.

В мужских отчествах от имен на твердый согласный на месте безударного суффиисса -ович произносится -ыч, например: Антоныч, Богданыч, Демьяныч, Платоныч, Семеныч, Степаныч, Тихоныч, Федорыч, Федотыч и т.п.

Вместо Александрович обычно звучит Алексаныч (реже Александрыч). Само имя Александр при сочетании с отчеством, начинающимся с согласного звука, обычно произносится без конечных согласных: Алексан Петрович, Алексан Матвеич. В просторечии на месте сочетания Александр Александрович встречаем Сан Саныч.

В мужских отчествах от имен на ударяемые -ей и -ай на месте суффикса -евич произносится -ич, например: Алексеич, Андреич, Евсеич, Ермолаич, Николаич.

В мужских отчествах от имен на безударное -ий на месте суффикса -евич обычно произносится -ич, например: Анатолии, Арсенич, Василич, Аркадич, Игнатич.

Иногда неправильно произносят некоторые имена, например неверно ставят ударение в имени Алексий - его древнее звучание отличается ударением на последнем слоге.

Женские отчества от имен на -ей произносятся со стяжением - одним гласным е на месте сочетания ее, например: Андревна, Алексевна, Матвевна, Сергевна. Однако отчества от более редких имен могут произноситься без стяжения: Дорофеевна, Евсеевна, Евстигнеевна, Корнеевна, Патрикеевна.

Женское отчество Николаевна произносится со стяжением - Николавна.

Сочетание -ов- во многих отчествах не произносится: Владиславна, Вячеславна, Святославна, Ярославна.

В женских отчествах от имен на н и м безударный слог -ов, следующий непосредственно за ударяемым слогом, не произносится: Антонна, Богданна, Демьянна, Иоанна, Акимна, Ефимна, Максимна, Трофимна.

Женское отчество Александровна произносится как Алексанна, Михайловна - как Михална, Павловна - как Пална.

Более употребительные женские отчества от имен на -ий обычно произносятся без -ев: Васильна, Анатольна, Савельна, Арсеньна, Евгеньна, Аркадьна, Афанасьна, Григорьна, Юрьна.

Менее распространенные женские отчества от имен на -ий могут сохранять сочетание -ев: Валерьевна, Корнельевна, Меркурьевна, Геннадьевна.

3.5.7.
Литературные ударения

Многие односложные имена существительные мужского рода имеют в косвенных падежах единственного числа ударение на окончании, например: бинт - бинта, штрих - штриха, зонт - зонта.

В винительном падеже единственного числа существительные женского рода имеют ударение то на окончании, то на корне; ср.:

1) весна - весну, нора - нору, стопа - стопу;

2) гора - гору, доска - доску, цена - цену, щека - щёку.

С ударением на окончании произносятся некоторые имена существительные женского рода при употреблении с предлогами в и на в обстоятельственном значении: на груди, на двери, в ночи, в сети, в чести.

В родительном падеже множественного числа произносятся:

1) с ударением на основе: местностей, почестей, прибылей;

2) с ударением на окончании: ведомостей, крепостей, новостей, повестей, скатертей, четвертей.

Различается произношение ступеней (в лестнице) и ступеней (ступень развития чего-либо).

Иногда предлоги принимают на себя ударение, и тогда следующее за ними существительное (или числительное) оказывается безударным. Чаще всего ударение перетягивают на себя предлоги на, за, под, по, из, без, например:

на: на воду, на ногу, на руку, на спину, на зиму, на душу, на стену, на голову, на сторону, на берег, на год, на дом, на нос, на ухо, на день, на два, на шесть, на сто;

за: за воду, за ногу, за волосы, за руку, за спину, за зиму, за душу, за нос, за год, за город, за ночь, за два, за шесть, за сто;

под: под ноги, под руки, под гору, под нос, под вечер;

по: по морю, по полю, по лесу, по полу, по два, по сто, по двое;

из: из лесу, из дому, из носу, из виду;

без: без вести, без толку, без году неделя.

Во многих глаголах в прошедшем времени в форме женского рода ударение стоит на окончании:

брала, была, взяла, вила, вняла, врала, гнала, дала, доняла, драла, жила, задала, заняла, звала, лила, нажила, наняла, начала, пила, плыла, поняла, прибыла, приняла, рвала, раздала, слыла, сняла, спала и др.

У многих страдательных причастий прошедшего времени ударение стоит на основе, кроме формы единственного числа женского рода, в которой оно переносится на окончание, например: взят - взята - взято - взяты; принят - принята - принято - приняты; продан - продана - продано - проданы; прожит - прожита - прожито - прожиты и т.д.

В разговорной речи часто наблюдаются отступления от литературных ударений в кратких формах прилагательных и причастий. Однако если вы вдруг засомневаетесь, как правильно произнести - правы или правы, вспомните пушкинские слова: Безумец я! Вы правы, правы!..

3.6.
Логичность речи

3.6.1.
Логические ошибки в словоупотреблении

Еще АристотельАристотель утверждал: «Речь должна отвечать законам логики». Нелогичность высказывания несовместима с красноречием. Как же сделать нашу речь логичной? Как не нарушить законов логики в том или ином высказывании?

Обратимся к простому примеру. Вспомним гоголевское описание сада одного из героев «Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем»:

Какие у него яблони и груши под самыми окнами! Отворите только окно - так ветви и врываются в комнату. Это все перед домом; а посмотрели бы, что у него в саду! Чего там нет! Сливы, вишни, черешни, огородина всякая, подсолнечники, огурцы, дыни, стручья, даже гумно и кузница (выделено нами. - И. Г.).

Эти строчки не могут не вызвать улыбку: вначале нам кажется, что рассказчик спутал сад и огород, потому что «огородина всякая», а тем более огурцы и стручья, не растут в саду, а дыни зреют на бахче. И тут мы замечаем, что речь идет не только о «дарах природы»: в саду у этого «прекрасного человека Ивана Ивановича» есть гумно и кузница... Нелогичность речи очевидна.

Бывают разные ошибки, которые делают нашу речь нелогичной. Остановимся вначале на словоупотреблении.

В очерке о жизни цветов нам встретилась такая фраза:

Художник как бы проник во внутреннее состояние души цветка: оно родственно человеческой душе, дарящей добро людям.

Красиво сказано, но что-то здесь не так. Ошибка в следующем: состояние (души цветка) сопоставляется с человеческой душой. Неправомерность сопоставления очевидна. Подобных примеров можно привести множество: Сравним показатели первой таблицы с седьмой таблицей. Язык героев Шолохов М.А.Шолохова отличается от всех других героев. Все это Алогизмалогизмы - сопоставление несопоставимых понятий.

Термин алогизм восходит к греческому языку, в котором частица а указывает на отрицание: алогичный - нелогичный (ср.: аморальный, асимметричный). Проанализируем несколько предложений с такими логическими ошибками. Если правильно вырастить и посадить рассаду картофеля, можно получить не уступающий нормальному способу посева урожай картофеля. Получается, что урожай «не уступает способу посева», то есть сопоставляются несопоставимые понятия. Очевидно, автор хотел сказать, что из рассады картофеля можно вырастить урожай, не уступающий урожаю при обычном способе посадки клубнями.

В статье, посвященной творчеству драматурга Островский А.Н.А.Н. Островского, есть такие утверждения: Сложный и оригинальный внутренний облик Катерины нашел свое отражение в ее языке. самом ярком среди всех действующих лиц «Грозы» (язык оказался действующим лицом); Самым бедным из этой группы действующих лиц является язык Варвары (та же ошибка).

Несопоставимые понятия находим также в предложениях: Подобно многим другим произведениям идея этой картины вынашивалась художником в течение ряда лет; Композиция туркменских сказок имеет много общего со сказками европейскими.

Чтобы устранить алогизмы в речи, иногда приходится значительно переделывать фразу. Например: Наши знания о богатствах недр земли являются лишь незначительной частью скрытых, еще больших богатств. Можно предложить такие варианты стилистической правки: Мы еще так мало знаем о богатейших залежах полезных ископаемых, тайну которых хранят недра земли; В недрах земли скрыты огромные богатства, о которых мы еще так мало знаем; Наши знания о полезных ископаемых еще так неполны; Мы знаем лишь о незначительной части богатств, скрытых в недрах земли.

Причиной нелогичности высказывания может стать Подмена понятияподмена понятия, которая часто возникает в результате неправильного словоупотребления: Плохо, когда во всех кинотеатрах города демонстрируется одно и то же название фильма. Конечно, демонстрируется фильм, а не его название. Можно было сказать: Плохо, когда во всех кинотеатрах города демонстрируется один и тот же фильм. Подобные ошибки в речи возникают и вследствие недостаточно четкой дифференциации понятий, например: Приближения премьеры коллектив театра ждет с особым волнением (ждут не приближения премьеры, а самой премьеры).

Нелогичной нашу речь делает и неоправданное Расширения понятия неоправданноерасширение или Сужение понятия неоправданноесужение понятия. Нам рассказали о великом писателе и прочитали отрывки из его творчества (надо: из его произведении). Дети любят больше смотреть телевизор, чем читать книги (не только книги, но и журналы, поэтому следовало бы написать короче: чем читать).

Особенно часто используют родовое наименование вместо видового, и это не только лишает речь точности, приводит к утрате тех конкретных сведений, которые составляют живую ткань текста, но и придает стилю официальную, подчас канцелярскую окраску. Родовые наименования нередко представляются говорящим более значительными, создают впечатление «важности» высказывания. Поэтому, как заметил писатель Нилин П.П. Нилин, «человек, желающий высказаться «некультурнее», не решается порой назвать шапку шапкой, а пиджак пиджаком. И произносит вместо этого строгие слова: головной убор или верхняя одежда».

Чуковский К.И.К.И. Чуковский в книге «Живой как жизнь» вспоминал, как при подготовке радиопередачи «отредактировали» выступление молодого литератора, который собирался сказать: Прошли сильные дожди.

- Так не годится. Надо бы нелитературнее. Напишите-ка лучше вот этак: Выпали обильные осадки.

К сожалению, это необоснованное пристрастие к родовым наименованиям становится своеобразным трафаретом: некоторые авторы, не задумываясь, отдают предпочтение атмосферным осадкам, а не дождям, ливням, измороси, снегу, метели; зеленым насаждениям, а не сирени, жасмину, рябине, черемухе; водоемам, а не прудам, рекам, озерам, ручьям... Замена видовых категорий родовыми делает нашу речь бесцветной, казенной. Не случайно С.Я. Маршак обращался к своим современника с упреком: ...Обеды, ужины мы называли пищей, а комната для нас жилплощадью была.

Подмена понятия часто случается из-за пропуска слова, или Речевая недостаточностьречевой недостаточности, как называют эту ошибку стилисты. При этом нередко возникают смешные высказывания, например: В первый год жизни дети ходят гулять только на руках; Сдается квартира с ребенком; Слепая старушка ходит в сарай по проволоке; В Канаде у фермера родилась необыкновенная овца...

Больше всего таких ошибок допускают составители объявлений, которые вывешиваются на стенах и дверях учреждений, свидетельствуя о пренебрежении авторов к проблемам культуры речи: В проходной фабрики санэпидемстанция готовит отравленную приманку для сотрудников; Ветработникам ферм провести обрезку копыт и обезроживание; Всем зоотехникам сделать ошейники на железной цепи...

Нередко требования логичности речи нарушаются в предложениях с однородными членами и обобщающим словом (сочетание родового понятия с видовыми), например: В комнате стояли столы, стулья, мебель красного дерева (очевидно, первые предметы не были сделаны из красного дерева, но все равно такое сочетание недопустимо); Вскоре после окончания военных действий были приведены в порядок многие школы, учебные заведения, больницы и другие культурные учреждения (понятие «школы» входит в понятие «учебные заведения»; кроме того, сочетание «другие культурные учреждения» не подходит к слову больницы).

В перечисление не должны входить скрещивающиеся понятия. Пародийный пример такого перечисления однородных членов предложения находим у Ильф И.Ильфа и Петров Е.Петрова: Его (Остапа Бендера) любили домашние хозяйки, домашние работницы, вдовы и даже одна женщина - зубной техник.

Писатели нередко сознательно нарушают логику высказывания, используя алогизмы как стилистический приём создания комического эффекта. Например, у Гоголь Н.В.Гоголя читаем: Агафия Федосеевна носила на голове чепец, три бородавки на носу и кофейный капот с желтенькими цветами; у Чехов А.П.Чехова: Как только я выдержала экзамены, то сейчас же поехала с мамой, мебелью и братом... на дачу; Человек... существо, знакомое с употреблением брюк и дара слова... На этом же приеме строятся каламбуры типа пить чай с лимоном и удовольствием. Иногда при этом используется многозначность слова: Шел дождь и два студента, один в университет, другой в калошах.

3.6.2.
Логические ошибки в синтаксических конструкциях

При построении синтаксических конструкций иногда наблюдается Несоответствие посылки и следствиянесоответствие посылки и следствия. Так, на вступительном экзамене по литературе девушка пишет: Я очень люблю Москву! Да и как мне ее не любить, ведь и сама-то я тамбовская... А юноша так объяснил поступок героини Пушкин А.С.Пушкина в романе «Евгений Онегин»: После гибели Ленского на дуэли Ольге ничего не оставалось, как выйти замуж за гусара. Начало таких фраз настраивает нас на одно (мы думаем, что пишет сочинение москвичка; ожидаем, что Ольга будет безутешно оплакивать жениха), но окончание предложения прямо противоположно ожидаемому его завершению.

Отдельно взятое предложение обычно обладает только относительной смысловой законченностью, значительно полнее передает содержание высказывания группа предложений. Такая группа взаимосвязанных самостоятельных предложений образует особую синтаксическую единицу более высокого порядка - Сложное синтаксическое целоесложное синтаксическое целое.

Смысловые отношения, объединяющие отдельные предложения в сложное синтаксическое целое, подкрепляются различными средствами: повторением слов из предшествующего предложения, употреблением личных и указательных местоимений, наречий (затем, потом, тогда, там, так и др.), союзов (зато, однако, так что и др.), вводных слов, указывающих на связь мыслей (итак, следовательно, во-первых, во-вторых, напротив, наконец и др.), а также порядком слов в предложениях, интонацией частей и целого и т.д.

Примером сложного синтаксического целого, в котором использованы разные средства объединения самостоятельных предложений, может служить отрывок из повести «Хаджи-Мурат» Толстой Л.Н.Льва Толстого:

Когда на следующий день Хаджи-Мурат явился к Воронцову, приемная князя была полна народу. Тут был и вчерашний генерал со щетинистыми усами, в полной форме и в орденах, приехавший откланяться; тут был и полковой командир, которому угрожали судом за злоупотребления по продовольствию полка. Тут был армянин-богач, покровительствуемый доктором Андреевским, который держал на откупе водку и теперь хлопотал о возобновлении контракта. Тут была, вся в черном, вдова убитого офицера, приехавшая хлопотать о пенсии или о помещении детей на казенный счет. Тут был и разорившийся грузинский князь в великолепном грузинском костюме, выхлопотавший себе упраздненное церковное поместье. Тут был пристав с большим свертком, в котором был проект о новом способе покорения Кавказа. Тут был один хан, явившийся только затем, чтобы рассказать дома, что он был у князя. Все дожидались очереди и один за другим были вводимы красивым белокурым юношей-адъютантом в кабинет князя.

В этом отрывке первое предложение образует Зачинзачин, последнее - Концовкаконцовку. Они скреплены в сложное синтаксическое целое остальными предложениями, которые связаны параллелизмом структуры и повторяющимися словами тут был. Такая связь внутри сложного синтаксического целого называется параллельной.

Однако правильное построение сложного синтаксического целого с соблюдением всех грамматических особенностей параллельной связи его частей еще не гарантирует логичности в развитии мысли. Развитие мысли должно идти в одном русле, недопустимы «сбои»: сопоставление несопоставимого, нелогичные сравнения.

Несоответствие грамматического и смыслового движения речи можно иллюстрировать примером из цитированнового уже произведения Гоголь Н.В.Н.В. Гоголя. Он описывает своих героев, применяя прием параллелизма:

Иван Иванович имеет необыкновенный дар говорить чрезвычайно приятно. Господи, как он говорит!.. Как сон после купанья. Иван Никифорович, напротив, больше молчит... Иван Иванович худощав и высокого роста; Иван Никифорович немного ниже, но зато распространяется в толщину. Голова у Ивана Ивановича похожа на редьку хвостом вниз; голова Ивана Никифоровича на редьку хвостом вверх...

Далее при внешнем структурном сохранении параллелизма сопоставление двух Иванов становится нелогичным, порождая иронию:

...Иван Иванович очень сердится, если ему попадется в борщ муха: он тогда выходит из себя - и тарелку кинет, и хозяину достанется. Иван Никифорович чрезвычайно любит купаться и, когда сядет по горло в воду, велит поставить также в воду стол и самовар и очень любит пить чай в такой прохладе (выделено нами. - И. Г.).

Дальше повествование снова входит в обычный параллелизм сопоставимых характеристик, но, когда мы вновь настроились на сравнение, автор обманывает наше ожидание, преподнося алогизм:

Иван Иванович бреет бороду в неделю два раза; Иван Никифорович один раз. Иван Иванович чрезвычайно любопытен. Боже сохрани, если что-нибудь начнешь ему рассказывать, да не доскажешь! Если ж чем бывает недоволен, то тотчас дает заметить это. По виду Ивана Никифоровича чрезвычайно трудно узнать, доволен ли он или сердит; хоть и обрадуется чему-нибудь, то не покажет. Иван Иванович несколько боязливого характера. У Ивана Никифоровича, напротив того, шаровары в таких широких складках, что если бы раздуть их, то в них можно бы поместить весь двор с амбарами и строениями (выделено нами. - И. Г.).

Сочетание Структурный параллелизмструктурного параллелизма и логического сбоя создает комической эффект.

Еще большая смысловая зависимость простых предложений друг от друга в составе сложного синтаксического целого при цепной связи между отдельными высказываниями. В этом случае каждое новое предложение «подхватывает» содержание предыдущего, развивая авторскую мысль. Тесную связь отдельных предложений подчеркивают местоимения, повторения слов и другие грамматические средства. Например, у Тургенев И.С.И.С. Тургенева в романе «Рудин»:

Дом Дарьи Михайловны Ласунской считался чуть ли не первым во всей ...ой губернии. Сооруженный по рисункам Растрелли, во вкусе прошедшего столетия, он величественно возвышался на вершине холма, у подошвы которого протекала одна из главных рек средней России. Сама Дарья Михайловна была знатная и богатая барыня, вдова тайного советника... Она принадлежала к высшему свету и слыла за женщину несколько странную, не совсем добрую, но чрезвычайно умную. В молодости она была очень хороша собой. Поэты писали ей, молодые люди в нее влюблялись, важные господа волочились за ней. Но с тех пор прошло лет двадцать пять или тридцать, и прежних прелестей не осталось и следа.

При цепной связи предложений в составе сложного синтаксического целого они настолько «срастаются», что исключить одно из них часто бывает невозможно. Попробуйте (ради эксперимента) опустить третье или четвертое и пятое предложения, и весь отрывок утратит смысл, речь станет нелогичной.

Соединение отдельных предложений в сложное синтаксическое целое должно правильно отражать ход мысли. Связь предложений и сложных синтаксических целых, их последовательность должны быть логически обоснованы. Если этого нет, то и цепная связь отдельных предложений не соединит разрозненных мыслей. Напротив, нанизывание случайных отрывочных высказываний лишь подчеркнет нелогичность речевого потока. Классический пример такой бессмысленной болтовни являет выступление чеховского героя Нюхина в сцене «О вреде табака». Приведем отрывок из этого произведения.

Между прочим, я забыл сказать вам, что в музыкальной школе моей жены, кроме заведования хозяйством, на мне лежит еще преподавание математики, физики, химии, географии, истории, сольфеджио, литературы и прочее. За танцы пение и рисование жена берет особую плату, хотя танцы и пение преподаю тоже я. Наше музыкальное училище находится в Пятисобачьем переулке, в доме номер тринадцать. И дочери мои родились тринадцатого числа...

У моей жены семь дочерей... Нет, виноват, кажется, шесть... (Живо.) Семь!.. Я прожил с женой тридцать три года, и, могу сказать, это были лучшие годы моей жизни, не то чтобы лучшие, а так вообще. Протекли они, одним словом, как один счастливый миг, собственно говоря, черт бы их побрал совсем.

При внешней грамматической правильности речи последовательность мыслей здесь нарушена: говорящий противоречит сам себе, перескакивает с одной мысли на другую, и его речь становится сумбурной. Не удивительно ли, что в музыкальной школе преподается математика, физика, химия и т.п.; оратор не помнит, сколько же у него дочерей (впрочем, он говорит: «У моей жены семь дочерей», что также нелогично). Называя прожитые с женой годы лучшими в своей жизни, он тут же добавляет: не то чтобы, лучшие, а так вообще. И тут же в его речи соседствуют несовместимые оценки - Протекли они... как один счастливый миг и Черт бы их побрал совсем. Все нелогично, абсурдно, хотя структурно синтаксические правила построения предложений оратор не нарушил. Напротив, его речь эмоциональна, но ей недостает логичности, ясности мысли.

В противовес пародийным текстам дадим классический пример сложного синтаксического целого, построенного по всем законам грамматики и логики. Начало известного рассказа Бунин И.А.И.А. Бунина являет прекрасный образец такой сложной синтаксической конструкции:

Господин из Сан-Франциско - имени его ни в Неаполе, ни на Капри никто не запомнил - ехал в Старый Свет на целых два года, с женой и дочерью, единственно ради развлечения.

Он был твердо уверен, что имеет полное право на отдых, на удовольствие, на путешествие долгое и комфортабельное и мало ли еще на что. Для такой уверенности у него был тот резон, что, во-первых, он был богат, а во-вторых, только что приступал к жизни, несмотря на свои пятьдесят восемь лет. До этой поры он не жил, а лишь существовал, правда, очень недурно, но все же возлагая все надежды на будущее. Он работал не покладая рук, и наконец увидел, что сделано уже много, что он почти сравнялся с теми, кого некогда взял себе за образец, и решил передохнуть.

Люди, к которым принадлежал он, имели обычай начинать наслаждения жизнью с поездки в Европу, в Индию, в Египет. Положил и он поступить так же. Конечно, он хотел вознаградить за годы труда прежде всего себя; однако рад был и за жену с дочерью. Жена его никогда не отличалась особой впечатлительностью, но ведь все пожилые американки - страстные путешественницы. А что до дочери, девушки на возрасте и слегка болезненной, то для нее путешествие было прямо необходимо; не говоря уже о пользе для здоровья, разве не бывает в путешествиях счастливых встреч? Тут иной раз сидишь за столом или рассматриваешь фрески рядом с миллиардером.

3.6.3.
Соблюдение законов логики

Требование логичности речи обязывает нас соблюдать законы логикиО них рассказал профессор Д.Э. Розенталь в книге «Секреты хорошей речи» (М., 1993), написанной совместно с автором данного пособия..

1. Закон тождества

Предмет мысли в пределах одного рассуждения должен оставаться неизменным. Законы логики: Закон тождестваЗакон тождества требует, чтобы в процессе рассуждения одно знание о предмете не подменялось другим. Этот закон направлен против такого недостатка в речи, как неопределенность, неконкретность рассуждений. Нередко эти недочеты становятся причиной такой логической ошибки, как «подмена тезиса»: начав рассуждать об одном, говорящий в процессе рассуждения незаметно для себя начинает говорить уже о чем-то другом. Например:

В горах Памира продолжаются подземные толчки. Сегодня в 2 часа 25 минут по московскому времени жителей разбудило новое землетрясение. Памир - горная страна в Средней Азии. Высшая точка Памира 7495 м (из газет).

Первые фразы этого сообщения говорят о землетрясении. Логично было бы продолжить информацию указанием на эпицентр землетрясения, на разрушения и жертвы (если они были). Но автор рассказывает о Памире, предмет разговора стал иным: закон тождества нарушен.

2. Закон противоречия

Законы логики: Закон противоречияНе могут быть одновременно истинными два высказывания, одно из которых что-либо утверждает, а другое - отрицает. Приведем пример:

По результатам соревнования в прыжках с шестом в высоту самых высоких показателей добился С. Бубка. Не менее высокие результаты оказались у легкоатлетов из другого спортивного общества
.

Утверждения, содержащиеся в этом сообщении, противоречивы: в первом из них говорится, что самых высоких результатов добился один спортсмен, во втором отмечается, что таких же результатов добились и другие спортсмены.

3. Закон исключенного третьего

Законы логики: Закон исключенного третьегоОсновной смысл его состоит в следующем: если имеются два противоречащих одно другому суждения о предмете, то одно из них истинно, а другое ложно. Не могут быть, например, одновременно истинными два таких суждения: Все студенты, сдали контрольную работу вовремя. А Иванов не написал её и не сдал преподавателю.

4. Закон достаточного основания

Законы логики: Закон достаточного основанияЧтобы признать суждение истинным, нужно обосновать свою точку зрения, доказать истинность выдвигаемых положений, соблюдая последовательность и аргументированность высказываний. Так, определение не должно быть ни слишком узким, ни слишком широким, в нем должны указываться только существенные признаки предмета, явления, причем перечень должен быть исчерпывающим. Например, определение книга - непериодическое текстовое книжное издание не может быть признано полным, так как в нем не указано отличие данного термина от термина брошюра. Следует добавить: объемом, свыше 48 страниц.

В логическом определении выделяются: а) указание на ближайший род, к которому относятся предметы названного вида; б) указание на отличительные признаки, которыми этот вид выделяется среди других видов предметов, относящихся к данному роду. Например: Синтаксис (определяемое понятие) - это раздел грамматики (родовой признак), изучающий словосочетание и предложение (видовое различие).

Соблюдайте законы логики, и ваша речь будет точной и правильной.

3.7.
Основы мастерства публичного выступления

3.7.1.
Оратор и его аудитория

Для успеха публичного выступления Оратороратору необходимо прежде всего овладеть вниманием Аудиторияаудитории, заставить слушать себя. Однако управлять вниманием слушателей не просто, и успех зависит не только от самого оратора (его способностей, профессионализма, подготовленности), но и от объективных факторов, на которые выступающий не может воздействовать.

В демократическом обществе оратор имеет возможность говорить свободно и раскрыть в полной мере свой дар красноречия и способности привлечь внимание аудитории. При тоталитарном режиме главная причина отсутствия контакта выступающего и слушателей в социальной структуре общества. Оратор превращается в резонера, который озвучивает директивы вышестоящих инстанций, а слушатели - в пассивную толпу, обреченную на беспрекословное следование указаниям...

Речь и власть - проблема, рассматриваемая в риторике еще со времен Древнего Рима. Формы речи, принятые в обществе, напрямую зависят от форм власти: тоталитарное государство насаждает монолог (греч. monos - один, logos - речь) как форму речи, отвечающую его собственной структуре. В книге «Основы риторики» Михальская А.К.А.К. Михальская пишет: «Монолог в речи есть не только проявление власти говорящего над слушающим, обладание адресатом как вещью, как объектом воздействия. Это еще и претензия на обладание истиной, стремление овладеть истиной единолично. Таковы были монологи людей, вставших у власти, таковы были их речи, в формах которых отражалась власть»Михальская А.К. Основы риторики. Мысль и слово. - М., 1996. - С. 314..

Риторика власти порождает категоричные, авторитарные заявления, не допускающие возражений, обязательные для всех. Риторика власти не нуждается в разъяснении своих постулатов, они должны приниматься безоговорочно. Всеобщая обязательность суждений, высказываемых оратором, рассчитана на догматическое их восприятие аудиторией, которое исключает интеллектуальное и эмоциональное сопереживание. Живое общение с аудиторией для оратора становится нереальным, он должен выступать по заранее подготовленному и утвержденному соответствующими органами тексту, отступления от которого недопустимы. Это обезличивает оратора, точнее чтеца, «докладчика», который лишен возможности самовыражения, любого проявления неконтролируемого свободомыслия.

Иначе складываются взаимоотношения оратора и аудитории в демократическом обществе, гарантирующем свободу слова и предоставляющем оратору возможность творчески подойти к подготовке своего выступления, подумать о том, как сделать его интересным для слушателей, как завоевать их внимание.

3.7.2.
Композиция публичного выступления

Чтобы слушатели могли внимательно следить за выступлением оратора, его речь должна быть стройной, структура ее и цель должны быть ясны не только самому выступающему, но и аудитории. Композиция речиКомпозиция речи - то есть последовательное расположение всех ее частей в соответствии с содержанием и замыслом оратора - должна быть прозрачной.

Для привлечения внимания слушателей особое значение имеет Начало речиначало речи, оно должно заинтриговать слушателей, вызвать у них повышенный интерес к дальнейшему ходу мыслей оратора. Известный русский оратор адвокат Кони А.Ф.А.Ф. Кони подчеркивал, что в начале выступления важно «зацепить внимание» аудитории. Способов к достижению этого немало: можно вспомнить какой-нибудь эпизод из жизни, который заинтересует каждого, потому что нечто подобное пережили, испытали многие; можно задать неожиданный вопрос или удивить слушателей парадоксом, какой-нибудь странностью, как будто не имеющей отношения к теме, а на самом деле связанной со всей речью.

Например, на вечере, посвященном 100-летию писателя-диссидента Антоненко-Давидович Б.Д.Бориса Антоненко-Давидовича, его биограф начал свою речь так:

- Писатель не любил своих дней рождения, более того, каждый его юбилей был для Бориса Дмитриевича тяжелыми испытанием, грозящим новыми неотвратимыми ударами судьбы...

Такое начало не может не удивить слушателей, и они ждут разъяснения. С него оратор и начнет Вступление к речивступление к речи:

- С приближением каждой «круглой даты» писатель ждал прихода «незваных гостей» (гебистов) и следующих за ними новых репрессий: у него производили обыски, забирали рукописи «Сибирских новелл», «арестовали» даже пишущую машинку и порочили имя автора публикацией пасквилей и анонимных заявлений наемных борзописцев.

Такое вступление поддержало интерес слушателей, которые теперь хотят узнать больше о гонимом писателе и готовы сопереживать ему, возмущаясь произволом властных структур. А выступающий переходит к Главная часть речиглавной части своей речи, ее содержание не должно приглушить интерес аудитории.

- Но чем более нагло власть выражала свое неуважение к Борису Антоненко-Давидовичу, тем больший интерес вызывало его творчество у читателей, тем больше друзей и поклонников сплачивалось вокруг писателя и тем неуязвимее становился он для карательных органов. Они уже не могли не считаться с тем, что его юбилеи торжественно отмечаются во всем мире, ему шлют приветствия из Америки и Австралии, из Германии и Англии, где его произведения известны в переводах. Писатель принят в Пен-клуб, и ему предлагают стать членом Хельсинкской группы правозащитников... Но «нет пророка в своем отечестве», на родине его имя замалчивается... Человек, переживший тюремное заключение в одиночной камере смертников, ГУЛАГ и ссылку, получивший реабилитацию лишь через 23 года и вновь преследуемый, находит в себе духовные силы не склонить голову перед репрессивными органами и работать для будущих поколений.

Все, что он писал, он писал «в стол», без малейшей надежды увидеть это опубликованным при жизни; он знал, что не доживет до торжества своих идеалов, и на папке, завещанной новым поколениям, с горькой иронией написал: «Как умру, то почитайте»...

Оратор сумел завладеть вниманием аудитории и, посвятив содержание своей речи судьбе писателя-борца и анализу его «Сибирских новелл», достиг цели: ознакомил слушателей с жизнью и творчеством Бориса Антоненко-Давидовича и пробудил интерес к его произведениямНекоторые рассказы Б.Антоненко-Давидовича опубликованы в журнале «Дружба народов» (1996. № 1) и в сб. «За что? Проза. Поэзия. Документы» (М., 1999)..

Если бы речь была построена иначе (если бы выступавший начал с упоминания даты и места рождения писателя, а потом последовательно стал бы рассказывать о его нелегкой биографии и в конце обратился бы к анализу его произведений), вряд ли выступление имело бы успех: оратор не смог бы удерживать внимание аудитории, его речь показалась бы «скучной».

Многовековая риторическая практика доказала, что внимание аудитории трудно удерживать более 45 минут (именно потому такова продолжительность академического часа и школьного урока). Поэтому не следует затягивать выступление, и если объем информации, которую вам хочется довести до слушателей, слишком велик, то лучше из множества вопросов выбрать один, наиболее важный, и всесторонне осветить его, а другие только назвать, связав их с предметом обсуждения.

Завершая выступление, нужно четко выделить Заключение речизаключение. Нельзя речь оборвать на полуслове. Активизируя внимание аудитории, можно обратиться к ней с призывом (например: - Читайте неизвестных вам писателей, имена которых еще недавно замалчивались; Изучайте творчество авторов, у которых есть чему поучиться и которые писали для будущих поколений, для нас с вами!). Косвенный итог выступлению можно подвести, цитируя важной для понимания речи высказывание или рисуя художественный образ, отражающий главную идею вашей речи. Не следует только возвращаться к сказанному (даже если осталось время), нельзя «прощаться много раз».

Заключение обязательно должно быть оптимистичным. Независимо от содержания речи, в которой может быть много грустных мотивов, в конце оратор должен настроить аудиторию на оптимистический лад. Последний аккорд выступления должен быть жизнеутверждающим. Например, описав трагическую жизнь писателя, его биограф может в конце сказать:

- Он всегда верил в победу добра, он предвидел исторический ход событий и не сомневался в том, что на смену тирании, придет гуманное, справедливое общество. Уйдут со сцены палачи, душители свободы, и новые поколения оценят своих пророков и не предадут забвению имена тех, кто приближал торжество справедливости.

В конце выступления (если позволяет время) можно предложить слушателям задать вопросы. Это будет способствовать всплеску нового интереса к выступлению и увеличит, контакт оратора с аудиторией.

3.7.3.
Приемы изложения и объяснения содержания речи

Чтобы речь была понятной и легко воспринималась Аудиторияаудиторией, Оратороратор использует разнообразные приемы изложения и объяснения. Он может иллюстрировать свое выступление показом таблиц, схем, графиков, чертежей, диапозитивов, фотографий и т.д. В приведенном выше примере выступления на 100-летнем юбилее писателя-диссидента его биограф показал ряд фотографий Бориса Антоненко-Давидовича. На первых снимках он в центре литературной группы прозаиков, впоследствии разгромленной и исключенной из литературного процесса; далее - фотография известных литераторов на квартире у юбиляра, который опять-таки в центре кружка; его портрет из «Литературной энциклопедии» начала 20-х годов; наконец, тюремные снимки: анфас и профиль изможденного, замученного «доходяги» и последние фотографии убеленного сединами, но бодрого и целеустремленного старика, готового к новым ударам судьбы.

Оратор может использовать различные Формы изложение речи: Анализформы изложения, в числе которых важнейшие - анализ и синтез. Анализ (греч. analysis - разложение, расчленение, разбор) позволяет путем расчленения понятия, явления глубже проникнуть в его сущность. Например, разъясняя, что такое репрессивные меры против писателя, можно сказать о его замалчивании, об отказе публикации его произведений, об увольнении с работы без уважительных причин, наконец, об аресте, необоснованном обвинении, ссылке и так далее.

Формы изложения речи: СинтезСинтез - это мысленное соединение в одно целое частей объекта, явления или их признаков, полученных в результате анализа. Так, рассказав о репрессивных мерах против неугодного писателя, его биограф может сделать вывод о том, что власти преследовали цель исключить из литературного процесса эту творческую личность.

Репрессии направлены на уничтожение непокорных. Это умозаключение является следствием Индукцияиндукции - логического метода, состоящего в обобщении частных, единичных случаев, в получений общего вывода, сделанного на основании изучения отдельных фактов.

Другой логический метод, противоположный приведенному выше, - Дедукциядедукция. Это логическое умозаключение от общего к частному, от общих суждений к частным выводам. Например: В тоталитарном государстве личность не защищена от необоснованных обвинений и преследования, поэтому каждому свободомыслящему гражданину угрожают репрессии.

Оратор избирает индуктивный или дедуктивный метод объяснения в зависимости от состава слушателей. Подготовленная и доброжелательная аудитория дает возможность оратору сразу приступить к главному тезису в его речи и затем, используя дедуктивный метод, продвигаться от общего к частному. Если же перед выступающим стоит задача завоевать доверие слушателей, преодолеть атмосферу предубеждения, он прибегнет к индуктивному методу. Например, в заводском клубе выступает юрист с лекцией «О борьбе с преступностью», а на памяти у слушателей недавнее криминальное убийство, совершенное в их микрорайоне. Конечно, оратору следует начать выступление с анализа трагического случая, хорошо известного аудитории. Слушатели, вначале не склонные благожелательно принимать выступающего, станут внимательно слушать его суждения о происшедшем, и он постепенно подведет их к главному тезису своей речи, который он хочет отстоять. Индуктивный метод убеждения в этом случае наиболее оправдан.

Для разъяснения того или иного положения оратор может использовать и весьма распространенный прием изложения - Аналогияаналогию (от греч. analogia - сходный, соответственный) - умозаключение о принадлежности предмету, явлению тех или иных признаков на основании сходства в существенных признаках этих предметов, явлений с другими. Так, рассказывая о трагическом случае, известном слушателям в заводском клубе, оратор вспомнит и ряд других подобных эпизодов, что позволит ему сделать умозаключение по аналогии: криминальные убийства в наше время не редкость, поэтому расследование таких преступлений особенно важно.

3.7.4.
Аргументация в ораторской речи

Оратор должен постараться убедить аудиторию в справедливости выдвинутых им утверждений, приводя неоспоримые доводы, аргументируя свои заявления. АргументАргумент - логический довод, служащий основанием доказательства. Истинность аргументов проверена и доказана практикой, поэтому Аргументацияаргументация - приведение таких доводов в пользу того или иного утверждения - убеждает слушателей в истинности высказанных оратором положений.

Аргументы бывают разные, в риторике рассматриваются следующие их виды:

I. Аргументы к существу дела. Такими аргументами являются факты, полученные в результате наблюдения, а также документы, статистический и цифровой материал и т.д.

II. Аргументы к человеку, они призваны воздействовать на слушателей эмоционально и в ораторской практике используются не реже аргументов к существу дела. Аргументы к человеку разнообразны, назовем лишь некоторые из них: 1) аргумент к авторитету (в этом случае оратор ссылается на мнение видных деятелей, ученых, писателей, чья позиция совпадает с позицией выступающего); 2) аргумент к публике (оратор старается привлечь слушателей на свою сторону и так противостоять оппонентам, что бывает часто на митингах, в суде); 3) аргумент к личности (подменяя предмет дискуссии, оратор старается настроить аудиторию против оппонентов, выставляя их в негативном свете); 4) аргумент к тщеславию (похвалы оппонентам с целью смягчить их противостояние); 5) аргумент к жалости (стремление вызвать у оппонентов чувство жалости, сострадания и этим склонить их на свою сторону).

Как видим, аргументы к человеку далеко не всегда корректны, поэтому не будем рекомендовать современным ораторам пользоваться ими. Единственное исключение представляет аргумент к авторитету, нередко используемый в научных докладах, академических речах. Однако и в этом случае следует иметь в виду, что не все высказывания авторитетных людей можно безусловно признать истинными. Апеллируя к ним, оратор должен быть очень осторожен.

3.7.5.
Монолог и диалог в публичных выступлениях

В зависимости от того, произносит ли речь один оратор или в беседе (дискуссии) участвуют двое (несколько лиц), мы говорим о Монологмонологе (речи одного) и Диалогдиалоге (греч. dialogos - разговор между двумя или несколькими лицами). Известен еще термин Полилогполилог (греч. poly - много), который используют, если хотят подчеркнуть, что в разговоре принимают участие множество лиц.

В риторике монолог определяется как особая форма устной речи, представляющая собой развернутое высказывание одного лица, завершенное в смысловом и композиционном отношении, где все языковые средства подчинены выражению главной мысли, достижению основной цели оратора. Монолог характеризуется однонаправленностью, так как выступающий обращается к аудитории, говорит для нее. Все публичные выступления по своей природе монологичны. К ним принадлежат: 1) академическая речь (вузовская лекция, научный доклад, обзор, научное сообщение, научно-популярная лекция); 2) судебная речь (прокурорская, адвокатская); 3) речь социально-политическая (выступления общественных деятелей на съездах, саммитах, конференциях, собраниях; парламентские, митинговые и дипломатические речи, политическое обозрение и политический комментарий); 4) речь социально-бытовая (юбилейная, приветственная, застольная, надгробная) и 5) речь духовная (официальная, церковная, проповедь)См.: Кохтев Н.Н. Риторика. - М., 1994. - С. 56..

Содержание и жанровые особенности всех этих видов публичных выступлений определяют их своеобразие: научный доклад не похож на пламенные речи митингующих, юбилейное приветствие звучит иначе, чем скорбное прощание... И все же монологический характер разных видов ораторских выступлений позволяет говорить о них, как об одном типе речевой деятельности.

Все виды публичных выступлений отличает специфика ораторского монолога. Выступающий не только обращается к слушателям, он словно беседует с ними. А они могут мысленно соглашаться с оратором или возражать ему. Выступающий чувствует эту реакцию публики и делает для себя выводы. Происходит подобие диалога, только вторая сторона при этом не произносит вслух своих реплик, но это не мешает двустороннему общению. Все это дает основание назвать ораторский монолог особым, адресованным слушателям и рассчитанным на их живую реакцию. В этом смысле говорят о диалогичности ораторских речей.

Подлинно диалогическими всегда были и остаются споры, дискуссии, различные беседы. Риторика предлагает такую их классификацию: 1) непринужденная беседа с хорошо знакомыми, близкими людьми; 2) первая беседа при знакомстве; 3) деловая беседа, которая представлена разными видами: а) беседа равноправных партнеров, б) беседа начальника и подчиненного; в) разговор о сотрудничестве двух (нескольких) представителей разных сторон; 4) застольная беседа (разной степени официальности, часто с ведущим).

Типология публичных выступлений и бесед позволяет составить ясное представление об их содержании и прогнозировать речевое поведение ораторов. Этому уделяют пристальное внимание пособия по риторике, на которые мы ссылались. Нам же предстоит остановиться на более важных вопросах, составляющих основы ораторского мастерства.

3.7.6.
Контакт оратора с аудиторией

Каждый Оратороратор стремится «завоевать аудиторию» - привлечь ее внимание и удерживать его на протяжении всего выступления. Однако как этого добиться? Если читать речь «по бумажке», лишь изредка устремляя взгляд в зал, добиться живой реакции слушателей невозможно. Следить за такой речью, как бы содержательна она ни была, очень трудно. Между «оратором», а точнее тем, кто озвучивает заранее написанный текст, и аудиторией возникает незримая стена, и контакт со слушателями невозможен.

Чувство Аудиторияаудитории, или Коммуникативностькоммуникативность, возникает лишь тогда, когда выступающему удается создать в аудитории «эффект общения», разговаривая со слушателями так, как обычно говорят с близкими, знакомыми людьми, которым есть что сказать и которые будут вас охотно слушать. Начинающему оратору очень трудно добиться коммуникативности, получить так называемый эффект живой реакции аудитории. Однако этому нужно учиться.

Известны Риторические приемыриторические приемы, помогающие оратору достичь эффекта общения со слушателями. Выступающий старается придать своей речи «разговорность», используя для этого различные способы: непосредственное обращение к слушателям; эмоциональность, экспрессивность высказываний; особый разговорный синтаксис - вопросы, восклицания, неполные предложения, вводные слова и словосочетания, вставные, присоединительные конструкции, прямую речь, короткие, преимущественно односоставные предложения...

Иногда высказывается мнение, что оратор должен «перейти на разговорный стиль речи», но с этим согласиться нельзя. При публичном выступлении нет условий, определяющих обращение к разговорному стилю (неофициальность обстановки, «равноправие» говорящего и собеседника, неподготовленность речи, ее подлинная диалогичность). В применении к ораторской речи говорят лишь о «скрытой форме диалога», точнее различных приемах диалогизации речи с целью вызвать сопереживание слушателей. Используемые оратором стилистические приемы, придающие речи особую выразительность, лексика и фразеология выступления, наконец само его содержание не укладываются в разговорный стиль. Но искусство публичного выступления в том и заключается, что оратор имитирует разговорность, создавая у слушателей впечатление живого общения. Для этого он обращается к аудитории, задает вопросы (на которые сам же и отвечает), сталкивая мнения, показывая несостоятельность своих оппонентов и т.д.

Опытные ораторы советуют начинающим в случае отсутствия коммуникабельности (особенно если приходится выступать в атмосфере недоверия) найти в толпе хоть одно доброжелательное лицо и обращаться к нему, не придавая значения недобрым взглядам. Говорить нужно спокойно и уверенно, убеждая в своей правоте, рисуя яркие эмоциональные картины. И тогда ситуацию можно переломить и овладеть вниманием аудитории.

Важным средством достижения коммуникабельности является зрительный контакт со слушателями. Правильно устремленный взгляд оратора - непременное условие достижения чувства аудитории, поэтому необходимо во время выступления научиться контролировать свой взгляд, чтобы не смотреть на потолок, или в пространство «невидящим взглядом», или даже на одного из присутствующих в зале, не делая при этом его своим собеседником. «Рекомендуется иное, - пишет Михальская А.К.А.К. Михальская. - Постарайтесь смотреть в глаза слушателям, переводя взгляд с одного на другого, но так, чтобы не казалось, что глаза «бегают»: задерживать взгляд нужно настолько, чтобы вы ощутили зрительный контакт с тем, на кого смотрите, его ответный взгляд. Читайте его реакцию по глазам, следите за тем, чтобы не смотреть только в одну сторону аудитории (вправо или влево) слишком долго. Такая тактика поможет достичь эффекта общения, создать у каждого из слушателей впечатление, что говорят именно с ним»Михальская А.К. Основы риторики. Мысль и слово. -М.,1996. - С.109..

Придет на помощь оратору и голосовой контакт, который дополняет зрительный контакт: голос выступающего направляется вместе с его взглядом к кому-нибудь из слушателей, и у того складывается впечатление, что вы говорите с ним и для него. Однако оратор переводит взгляд и одновременно изменяет направление голоса, охватывая все большее число слушателей, добиваясь живой реакции аудитории.

Установив контакт со слушателями, опытный оратор следит за тем, чтобы не утратить его, контролирует реакцию аудитории: не появились ли признаки утомления, ослабления внимания слушателей. Заметив это, уверенный в себе оратор может сделать замечание кому-нибудь в зале. Например, по воспоминаниям поклонников ораторского искусства, Лесгафт П.Ф.П.Ф. Лесгафта, собиравшего на свои популярные лекции многочисленную аудиторию, он внимательно всматривался в лица слушателей и, заметив чей-то отсутствующий взгляд, мог позволить себе непосредственно обратиться к нему со словами: «Что, милостивый государь, отсутствуете? Не о том думаете?..»

Однако подобные замечания может делать лишь оратор, пользующийся признанием и любовью слушателей, с которыми он встречается не первый раз. Более проверенный и надежный способ вернуть внимание слушателей - эмоциональная разрядка. Оратор вспоминает какой-нибудь смешной случай из жизни, парадокс, афоризм, пословицу, «притягивая» их к развитию темы; делает «лирическое отступление», рассчитанное на обострение внимания аудитории; рассказывает веселый анекдот, вызывая смех в зале... Все это помогает поддержать затухавшую было коммуникативность и продолжать речь.

3.7.7.
Как готовиться к выступлению

Опытные Ораторораторы иногда произносят блестящие речи и без подготовки, но это, как правило, короткие выступления (приветствия, тосты и т.д.). Лекция, доклад, политическое обозрение, парламентская речь, то есть выступления больших, серьезных жанров, требуют тщательной подготовки.

Вначале необходимо определить и точно сформулировать тему, она должна быть актуальной и интересной для данной аудитории. Выбирая тему, следует обдумать и название лекции (доклада, сообщения), оно должно не только отражать содержание выступления, но и привлекать внимание будущих слушателей, затрагивать их интересы. Заглавия должны быть конкретными. Например, из двух вариантов заглавий - «Борьба с коррупцией» и «Кто берет взятки и как с этим бороться? » - предпочтительнее второй. Заголовки могут быть призывными («Сплотимся против мафии!»), рекламными («Как похудеть без диеты и пилюль?»), но многие темы получают индивидуальные названия, точно ориентирующие потенциальных слушателей («Вступительные экзамены в Московский государственный университет печати», «Подготовка новой реформы русской орфографии и пунктуации»).

Оратор должен четко определить для себя цель предстоящего выступления: он не только информирует слушателей, рассказывая о тех или иных событиях, фактах, но и старается сформировать у них определенные представления, убеждения, которые должны определить их дальнейшее поведение. Любое выступление должно преследовать воспитательные цели, и оратор обязан незаметно для слушателей приобщать их к своим нравственным идеалам.

Большое значение имеет предварительное знакомство с составом аудитории. Готовясь к выступлению, лектору следует узнать, кто придет его слушать (взрослые или дети, молодые или пожилые, образованные или нет, направление их образования - гуманитарное или техническое; преимущественно женский или мужской состав аудитории, ее национальные и религиозные особенности). Это очень важно для определения не только содержательной стороны выступления, но и его стиля, степени популярности изложения, выбора лексико-фразеологических средств и ораторских приемов воздействия на слушателей.

Главная составляющая подготовки к выступлению - поиск и подбор материала. Даже если оратор хорошо знает тему предстоящего выступления, он все равно готовится к нему: просматривает специальную литературу и периодическую печать, чтобы связать тему с современностью, узнать свежие факты, имеющие отношение к содержанию выступления. В зависимости от теоретической подготовленности оратора он избирает формы изучения материала (выборочное или углубленное чтение, беглый просмотр статей, обзоров). При этом можно обращаться к различным справочникам за статистическими данными, к учебным пособиям, энциклопедическим словарям, таблицам, картам. Изучая конкретный материал, необходимо делать выписки и составлять конспект прочитанного, готовить слайды и фотографии для показа в аудитории.

Изучив хорошо материал, обычно пишут либо полный текст выступления, либо его конспект, либо тезисы или план, который лучше сделать развернутым, предельно полным. Некоторые опытные ораторы отказываются брать с собой написанный текст выступления, но держат в руках «шпаргалку», в которой можно найти необходимый справочный материал (цифры, цитаты, примеры, доводы). АудиторияАудитория простит вам, если вы будете подглядывать в такую шпаргалку, но сразу невзлюбит докладчика, который станет читать свое выступление от начала до конца «по бумажке».

На листке для такой «шпаргалки» можно выделить большие поля и на них записать ключевые слова, которые помогут вспомнить тот или иной тезис выступления; здесь же можно «подсказать» себе афоризмы, парадоксы, пословицы, анекдоты, которые могут пригодиться для поддержания интереса аудитории, если внимание слушателей ослабеет.

В процессе подготовки к выступлению рекомендуется прорепетировать его, посмотреть на себя в зеркало, обратив внимание на привычные для вас непроизвольные движения, сопровождающие речь (манеризмы: отбрасывание волос со лба, почесывание затылка, покачивание, движение плечами, жестикуляция и т.д.). Насколько серьезно следует оратору относиться к мимике и жестам, можно судить по тому, что еще Петр IПетр I в «Духовном регламенте» (1721 г.) подчеркивал: «Не надобно проповеднику шататься вельми, будто в судне веслом гребет. Не надобно руками всплескивать, в боки упираться, подскакивать, смеяться, да не надобе и рыдать». Владение «языком движений» - это действенный способ удерживать внимание аудитории. Полная неподвижность (оцепенение) оратора во время речи недопустима, но и чрезмерная жестикуляция, гримасы пагубно влияют на выступление, отвлекая слушателей.

Поза, жесты, выражение лица оратора должны усиливать эмоциональность его речи и иметь собственный смысл. Есть целая наука о символическом значении жестов, и мы практически освоили значение того или иного движения рук (приветствие, призыв ко вниманию, согласие, отрицание, неприятие, угроза, прощание и т.п.), поворотов головы и т.д. Жесты и мимика оратора должны быть естественны и разнообразны, а главное - они должны быть мотивированы содержанием речи.

На заключительном этапе подготовки к выступлению нужно еще и еще раз проанализировать его, учесть сильные и слабые стороны речи и уже в аудитории опираться на позитивное.

Мастерство публичного выступления приходит с опытом. И все же надо знать главные «секреты» ораторского искусства и учиться применять их в аудитории.

Упражнения к разделу 3

© Центр дистанционного образования МГУП